История нового имени

– И куда именно?

– В Форио, к другу. Родители оставляют ему целый дом, будем заниматься… А ты?

– Я до сентября работаю в книжном.

– И на августовские праздники тоже?

– На праздники нет.

– Тогда давай к нам, в Форио, – улыбнулся он. – Дом большой, места всем хватит. Может, и Надя на два-три дня приедет.

Я тоже изобразила улыбку. На Искью? В Форио? В огромный дом, где не будет взрослых? Помнит ли он Маронти? Помнит ли наш поцелуй? Я сказала, что мне пора.

– Я еще зайду, – пообещал он. – Расскажешь, как тебе журнал. – Он сунул руки в карманы и тихо добавил: – С тобой интересно разговаривать.

На самом деле говорил в основном он сам. Но меня затопило чувство гордости; значит, ему со мной хорошо. «С тобой тоже», – пробормотала я, хотя за нашу встречу произнесла всего пару слов, и хотела уже с ним проститься, когда произошло нечто неожиданное и вогнавшее нас в смущение. Тишину воскресного дня разорвал громкий крик. Я подняла глаза и увидела Мелину: она высовывалась из окна, размахивала руками и кричала, стараясь привлечь наше внимание. Нино недоуменно обернулся, и Мелина завопила еще громче. Она выкрикивала одно имя: «Донато!», и в ее голосе смешивались счастье и мука.

– Кто это? – удивился Нино.

– Мелина, – ответила я. – Ты что, ее не помнишь?

Его лицо омрачила тень неудовольствия.

– Она на меня злится?

– Не знаю.

– Она кричит: «Донато».

– Ну да.

Он еще раз обернулся к окну, из которого полоумная вдова тянула к нему руки и кричала: «Донато!»

– Я что, похож на отца?

– Нет.

– Точно?

– Точно.

– Лучше мне уйти, – нервно сказал Нино.

– Да, иди.

Он быстро зашагал прочь, ссутулив плечи, а Мелина все продолжала оглашать двор отчаянным криком: «Донато, Донато, Донато!»"

"Я поспешила домой, сердце бешено колотилось в груди, а в голове крутились тысячи беспорядочных мыслей. Нино ни капли не походил на отца: ни фигурой, ни лицом, ни манерами, ни голосом, ни взглядом. Он был слеплен из совсем другого теста. Со своей гривой непокорных волос он казался мне восхитительным. Во всем Неаполе не нашлось бы ни одного мужчины, способного сравниться с ним красотой. И он, студент университета, проявил уважение ко мне, простой школьнице. Пришел в воскресенье в наш квартал. Он волновался за меня, хотел меня предостеречь против профессора Галиани, которая была прекрасным человеком, но не лишенным своих недостатков.