Алауэн. История одного клана

 – Ух, какие мы сразу стали злые!

– По-драконьи, заключить Договор, который обязательно будет нарушен.

– Есть такое правило, Андин, никто безнаказанно не может покуситься на то, что принадлежит дракону. И это сильнее любого Договора.

– Рада, что ты снова стал самим собой, Сери, – похлопала я его по морде. – А то я уже начала опасаться, как бы нам не того дракона не подсунули. Бракованного какого-нибудь. Рыжего и пушистого.

Потоптавшись на месте, красный дракон наконец лег. Осторожно пододвинув к себе спящую девушку, он накрыл ее одним крылом.

– Змей, что вы с братом опять натворили? – посмотрел на него эльф.

– Олеандр, не спрашивай. Ведь знаешь – соврать тебе я не смогу, но правда не принесет ничего хорошего.

– Эта девушка… кто она?

– Моя! – повторил дракон. – Красивая, правда?

– Да уж. Особенно с чешуей и клыками.

– Да, – довольно вздохнул дракон.

– Что же вы творите, дураки хвостатые? Если об этом узнали ваши родственнички…

– Когда узнают, будет уже поздно. И сейчас поздно – она у меня уже есть.

Девушка завозилась, и Сери получше накрыл ее крылом и фыркнул теплым воздухом. Она успокоилась и, плотнее прижавшись к большому боку дракона, замерла.

– Ну вот. Знаешь, что самое интересное? В человеческом виде она меня терпеть не может, ненавидит, шугается как от прокаженного. А тут спит.

Если Дракон, не желая вмешиваться в чужую игру, тем не менее хочет за ней понаблюдать, то чем больше он приближается к игре, тем больше он начинает оказывать на нее влияние.

В результате он уже наблюдает не первоначальную игру, а ту, что получается в результате его якобы постороннего «наблюдения».

За прошлый день и целую ночь я так набегалась, что заснула еще до того, как голова коснулась земли.

Глаза же продрала, когда солнце перевалило за полдень.

В тени огромных елей, под которыми мы и расположились, царила прохлада, но по моим вискам стекали капельки пота. Так жарко! И… тяжело?

Ну и какого упыря происходит?

Повернув голову, я обнаружила спящего Сери, прижавшего меня своим телом к земле. Так, засыпала я где-то в тени здоровенного дракона, и, судя по всему, он подмял меня под себя уже в человеческой ипостаси, иначе и мокрого места не осталось бы.

Зашипев, ударила локтем в живот.

Сери охнул, вжал меня в постеленный на землю плащ, проснулся. Именно в такой последовательности.

– А ты чего тут разлегся? Помягче ничего не нашел?

– Ну не на эльфах же мне спать, – искренне изумился Змей. А затем, все так же прижимая меня к земле, потерся щекой о плечо. – Ты такая милая, когда не шипишь, не огрызаешься. Мне понравилось с тобой спать. А тебе?

– С-сери, гад шелтохлас-сый, пус-сти!

Как ни странно, но Змей на мгновение замер, а затем одним плавным движением поднялся на ноги.

– Эй, ушастые, а ну подъем! – заорал он, отвернувшись.