Алауэн. История одного клана

Они что, с ума сошли?! Что со мной опять хотят сделать? И куда я без своих братцев?

Поддавшись странному порыву, бросаюсь к ним и испуганно прижимаюсь к Змею. Почему не к Колину? Да привыкла я к этому желтоглазому собственнику.

– Не оставляйте меня здесь.

– Тш-ш, не бойся. Ну чего ты дрожишь, тебя здесь никто не обидит. – После этих слов Сери нахмурился. Кажется, понял, насколько неизбежно наказание. – Александрит!

В груди дернуло, глаза застлали слезы, а боль сжала горло. Не увижу, не будет, не хочу! Хотелось кричать в голос и громко плакать. Но вместо этого из горла вырвался только задушенный болью всхлип.

– Не надо, не плачь, мое сокровище. Не надо так активно радоваться на наших глазах.

Я непонимающе подняла взгляд, а Сери грустно улыбнулся:

– Ты ведь этого так хотела.

Не улыбнуться в ответ было выше моих сил. Проведя пальцами по лицу Сери, я на мгновение растворилась в его желтых глазах, растеклась по венам его кровью, стала его плотью, чувствуя тот же ледяной ужас от происходящего. От возможности расставания.

«А ты уверена, что действительно этого хочешь?» – как наяву вспомнились мне слова эльфа. Как же все поменялось с тех пор. И поменялось ли?

– Хотела. Только давно уже стоило научиться быть осторожней со своими желаниями. Много лет назад… для меня много… так вот, когда я только училась в Академии, я мечтала о полетах, о приключениях, о драконах, о… – О мужчине, без которого мне будет плохо. – И получила на свою бедную голову. Тебя.

– Ты меня на другое место получила. Что так удивляешься? На заднее, которое вечно у тебя чешется.

– Да! – просто ответила я. На все свои вопросы.

Это с ним я столкнулась на темной улочке, за ним пошла в тот дом, с ним воевала, на его внимание напрашивалась.

– Помнишь, ты сегодня спрашивала зачем?

Пальцы Сери уже несколько минут перебирали мои волосы. Я даже не заметила, как оказалась сидящей на его коленях, в то время как дракон пристроил свой зад в кресле. Ему хорошо, ему мягко! Зато мне уютно. Только вопрос: а куда родственнички делись?

– Я провалами памяти не страдаю.

– Ну да! – согласилась я и улыбнулась, активно хлопая ресницами. – Шелтоглас-сый.

– Плутовка! Мое сокровище, – шепчут губы у самого виска. – Моя Андин.

Когда мы уезжали, мама спросила, кто еще кроме гранатововолосого называет меня этим именем. Как-то так выходило, что никто. Тогда она и рассказала, как придумала это имя, чтобы я не обманулась, – лишь любящий мужчина будет называть тебя Единственной.

Способен ли ты полюбить, дракон?

– Так почему? Зачем я тебе?

– Потому что… Это очень тяжело быть таким единственным. Мои родители любят меня, знаю. И Колин. И много кто еще. Но… они все равно не будут такими. Для Алауэн я… нечто вроде эксперимента. Неудачного.