Истоки

Потому что не была вампиром, она была Кэтрин.

Я взял обе её руки и чашечкой сложил их в своих собственных.

Они выглядели такими маленькими и уязвимыми.

Я поднес ее холодные нежные пальчики к моему рту и поцеловал их, один за другим.

Кэтрин выглядела такой испуганной и неуверенной.

— Ты не убивала Розалин? — медленно произнес я.

И когда эта фраза слетела с моих губ, я знал, что это было правдой, потому что мое сердце разбилось бы, если бы это было не так.

Кэтрин покачала головой и посмотрела в окно.

— Я никогда никого не убиваю, пока нет необходимости.

— Пока мне не нужно защитить себя или кого-то, кого я люблю.

И любой бы убивал в такой ситуации, не правда ли? — спросила она с возмущением, выставив подбородок вперёд с видом настолько гордым, но беззащитным, что мне пришлось приложить все усилия, которые я мог, чтобы не взять её на руки прямо в тот момент.

""Обещай, что ты сохранишь мой секрет, Стефан! Обещай мне!"" попросила она, ее темные глаза искали мои.

""Конечно, я сохраню,"" сказал я, обещая не только ей, но и себе.

Я любил Кэтрин.

И да, она была вампиром.

Но всё-таки… слова, выходившие из уст Кэтрин звучали совсем по-другому, чем когда отец говорил их.

Страха не было.

Пожалуй, это звучало романтично и таинственно.

Может быть, отец ошибался.

Может быть, Кэтрин просто неправильно поняли.

""Ты владеешь моим секретом, Стефан. Понимаешь, что это значит? — сказала Кэтрин, кинувшись в мои объятия и прижавшись своей щекой к моей. Vous avez mon сoeur. Ты владеешь моим сердцем.""

""И ты владеешь моим, "" прошептал я, вкладывая смысл в каждое слово.

Глава 17

8 Сентября, 1864 год.Она не та, кем кажется.

Должен я быть удивленным?

Испуганным?

Раненым?

Это было так, словно все, чему меня учили, все, во что я верил все семнадцать лет было неправильным.

Я по-прежнему чувствовал где она целовала меня, где ее пальцы сжимали мои руки.

Я все еще жажду быть с ней, и все же голос разума кричит в уши: ты не можешь любить вампира!

Если бы у меня была одна из ее маргариток, я мог бы срывать лепестки, позволяя цветку выбрать за меня.

Я люблю ее…Я не люблю…Я…Я люблю ее.

Я люблю.

Не взирая на последствия.

Это то, за чем следует твое сердце?

Я хотел, чтобы была карта или компас чтоб помочь мне найти свой путь.

Но она владела моим сердцем и прежде всего была моей Северной звездой…и этого было достаточно.

После того, как я вернулся в свою спальню, мне как-то удалось поспать пару часов.

Когда я проснулся, я стал сомневаться что все действительно было наяву.

Но потом я посмотрел на подушку и увидел четкое пятно высохшей алой крови и дотронулся пальцами до горла.

Я почуствовал там рану, однако она не болела, это доказывало, что события прошлого вечера были реальными.

Я чуствовал измождение, и растерянность, и восторженность — все вместе.