Истинный выбор

Давайте я вас осмотрю, как в старые добрые времена.

Я послушно легла на спину и ощутила привычное лёгкое покалывание по всему телу. К чему эти хлопоты, если через два дня меня уже может не быть? Но было приятно, что кто-то обо мне заботится. Целитель нахмурился и закончил осмотр слишком быстро. Диагноз, который прозвучал, меня шокировал.

— Вы беременны, моя дорогая.

— Что? — поверить в услышанное было сложно.

— Я говорю, у вас будет ребёнок. Месяцев через восемь, точнее сказать сложно.

— Этого не может быть!

— Тем не менее, это есть, — целитель попытался улыбнуться. — Полагаю, нам следует сообщить эту новость будущему отцу ребёнка? Думаю, он приложит все усилия, чтобы получить для вас помилование. Согласны?

Вот он, новый шанс, неожиданный поворот в безнадёжном деле. А вдруг? Но память услужливо подбросила: «занят подготовкой к помолвке с Глорией Хэлленбург», «возражал против предложения вас помиловать», «поддержал смертный приговор».

Рэйнер всё решил за нас. Навязываться ему бессмысленно и глупо. Он женится на племяннице Императора, а меня безжалостно вычеркнул из своей жизни. Ещё опаснее, если узнает Император. Моя возможная (я просто отказывалась в это верить) беременность — это прямая угроза союзу Рэйнера Файерстоуна и Глории Хэлленбург. В этом случае меня казнят в тот же час, как Император узнает.

— Нет, целитель Каритас, — я осознала происходящее чётко и ясно, и не сомневалась в том, что делаю, — уверена, вы давали клятву, и не имеете права разглашать сведения, касающиеся пациента, без его разрешения.

— Кхм. Ну, допустим.

— В таком случае, я запрещаю вам говорить кому-то о моём положении. Особенно генералу Файерстоуну, лорду Шарпмайнду и Императору.

— Вы уверены, что поступаете правильно? Если я дам такое обещание как целитель, то не смогу его нарушить.

— Это мне и нужно."

"— Что ж. Хорошо, пусть ваша тайна останется с вами. Но можно задать вопрос?

Целитель Каритас не сводил с меня пристального взгляда.

— В чём ваша сила, леди Ангелина?

— Простите?

— Золотая бы выжила после укола мантикоры. Для этого ей бы не потребовались ни магия крови, ни каждодневные вливания силы. Другое дело пустышка. Та едва выкарабкалась. Но пустышка не смогла бы понести от мага, это всем известно. Другое дело золотая. Так кто вы, Ангелина?

— Теперь я и сама не знаю, целитель Каритас. Но точно знаю, что быть беременной для меня сейчас очень опасно.

— Как скажете. Но уверен, вы заблуждаетесь насчёт Рэйнера. Человек, отдавший магию за жизнь другого, пойдёт ради него на всё.

— Всё изменилось, целитель Каритас.

— Увидим. А пока что возьмите, это нюхательная соль и лимонное масло. Помогут от тошноты.

Я мерила шагами камеру, прокручивая в ладонях бутылёк с лимонным маслом.