Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви

Утюг, холодильник, соковыжималка… Почему бы и нет?

– Аленька, солнце мое, ты думаешь, я вам пылесос притащу? Травинки будете в основу закатывать да камни изучать.

– Скукота, – я разом сникла, – но все лучше, чем проклятия.

– Не понравился предмет?

Да, Эмес легко заглотил наживку. Теперь нужно подсечь и сделать так, будто это не я хочу к Вакулину в группу, а меня туда посылают.

– От предмета я в восторге, а… – осеклась, вспомнив, что Портовски пассия Эмеса.

– Элоиза не устроила? – Он обо всем догадался сам.

В лаборатории повисла тяжелая тишина. Я нервно мяла подол простенького платья и не могла собраться с мыслями.

– Аля, начистоту.

– Она диктует лекцию с учебника. Вернее, с листа… А мне было бы интересно изучить этот предмет более углубленно.

Он покачал головой, взял колесико пылесоса, покрутил в руках, откинул в сторону к остальным деталям…

– Так, четко и по делу. Зачем пришла? Чувствую, юлишь ты.

Мне сразу не понравился его тон. Наверное, стоило свести весь разговор к разобранному пылесосу, развернуться и уйти. Но что-то внутри заворчало и потребовало получить желаемое.

– Я хочу к профессору Вакулину, попросите его меня принять, – выпалила.

Усмехнувшись, он снял перчатки и бросил их на стол. Растер шею, словно готовясь к сложному разговору.

– Аля, а способности? Профессор принимает студентов с сильным темным даром.

– Но вы же видели мою сущность, я темная…

– Не спорю, но уровень твоей магии не позволяет…

– Но я спрашивала у ассистентки Вакулина, она сказала, что и с меньшим принимали, – не желая внимать его доводам, пыталась настоять на своем.

– Оттого, что он примет тебя, мало что изменится. Профессор работает только с теми, кто ему интересен. Нужен редкий сильный дар, а у тебя его нет. Ты просто будешь числиться в списках, сидеть с учебником и конспектировать. Но на индивидуальные занятия рассчитывать не придется.

Мне пришлось услышать это и принять. Ясно, даже просьба Эмеса не поможет. В душе словно что-то оборвалось. Обида душила так сильно, что слезы глаза застилали.

Через силу улыбнулась, делая вид, что все нормально.

– Ну и ладно, – поднявшись со стула, махнула рукой, – не так уж и хотелось. Подумаешь, проклятия. А я зелья варить буду. Там не нужно быть семи пядей во лбу, и моих магических пшиков хватит.

– Аля, постой, хотя бы потренируйся со своим змеем. А еще лучше…

– Не нужно, – перебила, – ну его. Не буду вам мешать, и так отняла время.

Как могла, пыталась сохранить лицо.

– Аля, стой. Послушай меня…

Нет, не могла я больше оставаться. Чувствуя подступающие слезы, выскочила из лаборатории. Эмоции душили. Ну почему?! Я же темная и желаю учиться, почему мне в этом отказывают? Несправедливо!

Это так больно – чувствовать себя ничтожной.