Сбежать от истинного. (Не)Желанная невеста

Примерно за месяц до помолвки мне прислали письмо, в котором говорилось, что я должен… нет, обязан посетить континент и небольшое поместье Риорсон. Представьте моё удивление, граничащее с шоком, когда мне всучили письмо от покойного отца, в котором говорилось, что Дейны должны предоставить Риорсонам одну услугу, любую, о которой они попросят. Разумеется, я отправился с этим письмом обратно на Драконье крыло, чтобы сличить почерки.

– Как видите, – проговорил тогда граф Флорис Риорсон, – почерки идентичны.

Его надутое высокомерие и то, как он вальяжно прохаживался по кабинету, словно павлин, красующийся перед зеркалом, доводило меня до исступления. Я чувствовал, как внутри закипает ярость, грозя вырваться наружу огненным смерчем.

– И что вы хотите? Деньги? Что ж, я могу вам их дать. Какая сумма вас интересует? – процедил я сквозь стиснутые зубы, пытаясь сохранить хотя бы видимость спокойствия.

– Деньги мне не нужны, – отмахнулся граф, словно отгоняя назойливую муху. – Вы должны жениться на моей дочери.

Клянусь, тогда я едва не поперхнулся воздухом, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

– Ваша семья обладает магией? – спросил я, цепляясь за последнюю надежду.

– К сожалению, нет, – нахмурился мужчина.

– Граф, вы обязаны знать, что драконы женятся только на магически сильных женщинах. Чтобы выносить ребёнка…

– Мне неважно, что будет с моей дочерью после свадьбы, – отрезал Флорис Риорсон. – Вы женитесь на Миранне, но с одной оговоркой. Все её приданое останется в нашей семье.

– Может, лучше деньги? – предложил я в отчаянии, чувствуя, как меня загоняют в угол.

Граф отказал, его лицо оставалось непроницаемым, словно каменная маска. Всё это напускное высокомерие и мелочность всегда были мне противны. Граф вызывал у меня отвращение. И это неприятие, словно проклятие, передалось и его дочери.

Когда я впервые увидел Миранну, она походила на болезное создание, словно увядающий цветок в засушливой пустыне. Хотя говорят, на материке такие девушки считаются первыми красавицами. Бледная кожа, будто никогда не видевшая солнца, выступающие синие капилляры под глазами, худая как тростинка. Совершенно не в моём вкусе. Вдобавок ко всему прочему, наивность и глупость, которая бросалась в глаза, словно яркое пятно на белом холсте.

Единственное, что мне в ней понравилось – это огненно-рыжие волосы, напоминающие пламя костра, и глаза цвета молодой весенней травы. Но что это по сравнению с тем, что магически она была совершенно пуста? В ней тлела едва видимая магическая искра.

Нежеланная невеста… И что мне с ней делать?

Я не ненавидел её, она была мне неприятна. А после проявилась метка, навсегда привязывающая меня к этой девушке. Истинная связь, о которой почти все забыли.