Испытания. Земли Ордена

Я не отпускал Рутгоша не из-за недоверия, а из-за опасений его потерять. Но… Для чего назначать человека советником, для чего хвалить его ум, если потом пропускать его слова мимо ушей и не доверять ему?

Если он так говорит, то что-то ведь в этом есть? Самое главное и пара штук попроще?

Следующие два дня после ухода искателей и их старейшины я занимался очень необычной медитацией. Не накапливал силу и стихию, не погрузился в сотни сражений, не тренировал техники, а… думал о себе.

О себе, Рейке, Лейле, Мадах, старейшинах, Истоке и прочем, и прочем, погружаясь то в прошлое, то в настоящее, то заново переживая смерть Файвары и борьбу с тьмой, то по новой оценивая наказание Лаи.

Не могу сказать, что изменился после тех двух дней, но на многие вещи взглянул чуть по-другому.

Вот, к примеру, если я отпустил старейшину искателей заняться делом, то почему остальных продолжаю держать рядом с собой? И нет, речь не о старейшинах. Вернее, без них не обойдётся, но не они причина. А если без них не обойдётся, то кто?

И чем больше я думал над этим, то тем больше понимал, что на самом деле выбора у меня нет. Ни вот с ним, повёл я взглядом во время совещания, вглядываясь в старейшин, ни вот с ним.

— Молодой глава, — не выдержал Седой. — Меня пугает твой взгляд.

Я моргнул, с усмешкой заметил:

— Раз пугает, значит, есть за что.

Сказал в шутку, но Седой на миг, едва уловимо, но вильнул взглядом!

Я тут же нахмурился, впился взглядом в него и требовательно протянул:

— Седо-ой!

— Ох! — он на миг прикрыл глаза рукой, растирая лоб, потом угрюмо буркнул. — Молодой глава, это сущая мелочь. Мы же всё равно собирались продавать право использовать наши формации проверки таланта в Академии. Я и цену справедливую взял, Алкай не даст соврать. А то, что чуть сверху цены взял вином, так никто и не говорил, будто нельзя от себя чуть завысить.

До меня дошло.

— Повысить цену вином? — я покачал головой. — Которое потом сам выпьешь?

— Почему сам? — обиделся Седой. — Когда это я один вино пил? Все попробуют.

Рагедон приглушённо засмеялся:

— Ну да, всё для семьи, всё для семьи не жалея себя."

"— Молодой глава! — то ли возмутился, то ли взмолился Седой. — Ну не возвращать же его обратно! Двухсотлетнее вино! Два кувшина!

Я заметил, как давятся смехом новые, молодые помощники старейшин из большей части Ордена, слушающие всё это.

Бахар нравоучительно заметил:

— Вот с таких мелких проступков и начинаются крупные проблемы.

Седой вспыхнул:

— Да ты!

Но Бахар ещё не закончил:

— Правда, в этом случае, глава, он не только предупредил, но ещё и посоветовался с нами. Духовных камней из мелкой фракции первой звезды было больше не выжать, а вот такое подношение лично старейшине…

— Хранителю традиций, — поправил Седой.