Испытания. Земли Ордена

И первой у нас снова будет Снежная Ягода! Жизнь, твоя стихия, сумевшая не только выжить на голом льду, но ещё и цвести, и плодоносить!

Через миг я камнем рухнул вниз, добавляя скорости полёта своей силой, и заставив Рейку судорожно вдохнуть.

Весь день я летал по горам, предгорьям и пустыне вокруг, заставляя Рейку видеть даже в самых безжизненных местах ту жизнь, на которую она закрывала глаза. Растения, птиц, зверей, насекомых и даже червей, живущих во льдах.

И всё же этот разговор и меня заставил на многое взглянуть по-другому. На горы вокруг, на своё упрямство. Не только на то, которое удерживало меня от того, чтобы навестить Лейлу, но и на более близкое и очевидное.

Буквально в тот же вечер я отыскал Рутгоша. Если коротко, то всё свелось к простому и незамысловатому: «Старейшина, был неправ. Нам нужен ещё один портал. Отправляйтесь. Полагаюсь на вас».

Сказать, что Рутгош просиял, значит ничего не сказать. Таким воодушевлённым я не видел его никогда. Кажется, даже тогда, когда впервые показал ему медальон магистра. Вот так и узнаешь, что для идущего является самым ценным. Смеюсь, конечно. Верность Рутгоша не подлежит сомнениям, но и простое, человеческое ему не чуждо. У него есть талант, есть дело, и он этим делом увлечён.

А может быть, оно просто вошло в кровь, плоть и привычки за столько лет выживания в рядах клана Кунг. Сколько лет Рутгош прожил на Поле Битвы? Две трети жизни? Три четверти?

Он клятвенно пообещал мне не рисковать. Двигаться медленно, не спешить и проверять каждый свой шаг, чтобы снова не оказаться в ловушке. Не могу сказать, что я отпустил его легко, но отпустил же? И не только его. Половина искателей Сломанного Клинка спустя шесть дней подготовки ушли с ним. Половина осталась в Истоке. И я, и Рутгош все понимали: обещай не обещай, но случиться может всё что угодно.

Удивительно, но Бахар похвалил меня, похвалил за то, что я отправил Рутгоша в зоны запрета.

— Самое главное, что должен научиться делать глава — доверять старейшинам, старшим отрядов и отделений. Глава, у вас наметились трудности с этим после твоего возвращения из малой части нашей фракции.

Я ожёг его взглядом, он прекрасно всё понял, но и не подумал замолчать.

— И признаю, глава, что у вас был повод. Пока вас не было, мы совершили несколько необдуманных, поспешных действий.

— Мне казалось, мы договорились забыть о тех ошибках.

— Казалось, глава, — качнул Бахар головой. — Буду откровенным, глава. На самом деле та битва за город ранила вас, — он постучал по груди. — Сюда. Ранило доверие к нам и уверенность в себе. Только вчера, когда вы отпустили Рутгоша, я понял, что эта рана начала заживать.

Я бы мог пропустить этот разговор мимо ушей, ведь я никакой раны и недоверия к старейшинам не ощущал.