Искусительница, или Капкан на ялтинского жениха

– Он не мой любимый, а твой, – тут же сказала мать. – А за что он тебя так?

– За короткую юбку и за то, что я улыбнулась его другу.

– Бог мой! Никогда бы не подумала. Может, он пьян был?

– Ничем нельзя оправдать рукоприкладство.

Заметив, что стоящий рядом молоденький милиционер заметно нервничает, показывая мне знаками, что пора заканчивать разговор, я сказала:

– Мама, я тебе позвоню. Ты не волнуйся, все хорошо. Просто я звоню с чужого мобильного.

– Что ж ты мне сразу про Вадика-то не сказала? – Эмоции переполняли мать настолько, что она слышала только себя и проигнорировала мои слова по поводу чужого телефона. – Зачем ты его выгораживала? Сегодня же поговорю с его матерью! А то Ленка меня уже просто замучила, спрашивает, что между вами произошло, а я и не знаю, что ей ответить. Представляю, какое у нее будет лицо, когда она узнает, что ее сын руки распускает."

"– Мама, пожалуйста, ничего не надо! Он уже взрослый парень и должен сам отвечать за свои поступки. Какого черта ты будешь на него жаловаться?!

– Почему сразу жаловаться? Просто Ленка считает виноватой тебя. Мол, это ты такая-сякая, незаслуженно обидела ее сыночка. Он такой хороший, идеальный весь. Он тебя любил, а ты так нехорошо с ним обошлась. Вот пусть она теперь и знает, какой у нее идеальный сыночек. Козел ее сыночек! Я так и скажу, что он у нее козел.

– Мама, если бы я знала, что ты расскажешь все его родителям, я бы ничего тебе не говорила, – вырвалось у меня.

– А вот это ты зря! Тебе нужно было сразу рассказать нам с папой о том, что произошло. Подумаешь, короткую юбку надела и его другу улыбнулась! Ты женщина, а это значит, что ты вольна делать все, что захочешь, и не обязана перед кем-то оправдываться. Ты можешь надевать хоть шорты, хоть бикини и улыбаться всем проходящим мимо тебя мужикам. Ты не серая мышь, ты особенная. Он, дурак, так и не понял, что ты можешь нравиться всем, а любила же ты его одного. В женщине самой природой заложено желание нравиться всем мужчинам, ты же у меня красавица. Вадик поймал жар-птицу, он не смог ее удержать. Она улетела и обожгла ему руки. Тоже мне деспот нашелся! Наша порода никогда в клетках не сидела и сидеть не будет. Да и какую клетку он мог тебе предложить? Из проволоки? Гонору много, а толку мало! Да как он вообще смог поднять руку на моего ребенка?! Мы с папой всю жизнь с тебя пылинки сдували, ни одного подзатыльника тебе не дали, а этот огромный детина разбил тебе лицо!

– Мама, я звоню не со своего телефона, – попыталась остановить я свою мать. – Пожалуйста, не устраивай родителям Вадика никаких скандалов. Мне просто хотелось, чтобы ты знала об истинной причине нашего расставания и больше не донимала меня расспросами, почему и как это произошло.

– А я с ним чай недавно пила, – совершенно не слушала меня мать.