Искушенные обманом

– Я должна оценить этот жест? – В конце моей речи слышится легкая невнятность. Это, наверное, мой третий бокал вина.

Дерьмо.

Пытаясь успокоить нервы, я пошла дальше и напилась в компании монстра, который без колебаний использовал бы это против меня.

Это самое худшее. У меня не только низкая толерантность к алкоголю, но я также теряю свои запреты во всех возможных смыслах, даже когда слегка опьянена.

Адриан подносит бокал ко рту, едва отпивая. Это все еще его первый бокал.

– Это не обязательно, нет.

– Я... я хочу домой. – Я стою на нетвердых ногах, затем падаю обратно на стул. Я все еще перевожу дыхание, когда рядом со мной появляется большое присутствие.

Он хватает меня за руку и осторожно вынимает бокал с вином из моих пальцев.

– Думаю, на сегодня с тебя хватит.

– Я хочу уйти.

– Тогда давай уйдем. – Он кладет на стол несколько банкнот и, обхватив меня за талию сильной рукой, выводит из ресторана.

Не знаю, из-за алкоголя это или из-за всего, что произошло сегодня вечером, но мне кажется, что я левитирую. Мои ноздри наполняются его мужским запахом, и его крепкая хватка только усиливает его.

Но где-то в глубине души я все еще осознаю, что он опасен. Что он – чудовище, скрытое под строгим фасадом и джентльменской одеждой.

Я отодвигаюсь от него.

– Я могу идти сама.

Он отпускает меня, и прежде, чем я успеваю успокоиться, я спотыкаюсь. Адриан держит меня за локоть и притягивает к себе так, что я прижимаюсь к его твердой груди.

Я такая маленькая по сравнению с ним, едва достаю до его широких плеч. Я худая и крошечная в отличие от его крупного телосложения и чудовищной ауры. Как будто этот мудак мог использовать что-то еще, чтобы запугать меня, помимо моей жизни.

Мы стоим у того, что, как я предполагаю, является задним входом в ресторан, потому что это не тот же самый вход, которым мы пользовались, когда прибыли сюда. Место пустое, если не считать нескольких машин на стоянке."

"В поле зрения только один уличный фонарь. Даже в полутьме глаза Адриана напряжены, но в них есть блеск абсолютного спокойствия. Интересно, что нужно сделать, чтобы потревожить этот взгляд?

Чтобы потревожить его.

– Почему ты ждал неделю, чтобы найти меня? – бормочу я.

– Я был занят.

– Занят сбором информации обо мне?

– Возможно. А что? Ты думала обо мне, Леночка? – На последнем слове его голос падает.

Я не говорю ему, что он единственный, о ком я думаю самым ужасающим образом, и что, когда я снова увидела его в зале, что-то внутри меня открылось. Что я думаю, что у меня было лучшее выступление просто потому, что я знала, что он был там.

Вместо этого я говорю.

– Все думают о своем Мрачном Жнеце.

Он гладит прядь волос у меня за ухом. Жест нежный, но подтекст далеко не тот. Во всяком случае, он заряжен, темный, душный.

– Тогда не превращай меня в своего.