Сладкое искушение

Джулия бросила на меня взгляд через плечо.

— Ты еще не доверяешь мне с этим, верно?

В ее голосе не было злости, только смирение.

— Это не вопрос доверия.

Но так оно и было. Я никогда не был очень доверчивым, и теперь моя способность к этому была почти полностью использована. Джулия грустно улыбнулась.

— Все в порядке. Они весь твой мир. Ты хочешь защитить их.

Она проверила температуру молока, затем раскрыла слинг, чтобы отдать бутылочку Симоне, которая тут же вцепилась в нее.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы позаботиться о них.

Я ей поверил."

"Мы вместе поднялись наверх. Я заметил открытую дверь в старую спальню Гайи. Джулия проследила за моим взглядом.

— У нас с Симоной все хорошо, правда.

Я направился в спальню. Как и ожидалось, Даниэле лежал, свернувшись калачиком, на покрывале кровати в новой пижаме с надписью «Супермен». У меня на сердце стало тяжело, увидев его маленькую фигурку. Всякий раз, смотря на эту кровать, я видел только кровь, но он искал здесь утешения. Я взял его на руки. Он прижался к моему теплому телу, и я крепче прижал его к себе. Хотел бы я, чтобы он тоже позволял себе такую близость, когда бодрствует, как делал это раньше. Я уложил его в постель, прежде чем снова отправиться в детскую Симоны. Джулия сидела в кресле-качалке и кормила Симону.

Выражение ее лица стало суровым, заметив меня в дверях.

— Ложись спать, Кассио. Я серьезно. Я справлюсь.

Я медленно отступил и лег спать. Прошло совсем немного времени, прежде чем я заснул. Я проснулся лишь на мгновение, когда Джулия снова забралась в постель, но не был уверен, который час. Она легла так близко ко мне, что я мог чувствовать ее тепло, но не возражал. Я уже снова засыпал, когда ее пальцы слегка коснулись моей руки.

* * *Симона проснулась еще раз, но Джулия настояла на том, чтобы я оставался в постели, пока она об этом заботится.

Возможно, именно поэтому сегодня утром я чувствовал себя более расслабленным, чем когда-либо за долгое время. Несмотря на недостаток сна, Джулия встала, как только я закончил утренние процедуры в ванной, и проскользнула внутрь сама.

Я вошёл в комнату Даниэле. Как обычно он в это время уже проснулся, склонившись над планшетом. Поначалу я прятал его от него, но когда он играл с этой штукой, это был единственный раз, когда он выглядел хотя бы отдаленно счастливым, поэтому я всегда возвращал его ему. Он не поднял головы, когда я вошёл, но его маленькие плечи сгорбились. Я присел на корточки рядом с его кроватью, чтобы быть с ним на одном уровне глаз. По-прежнему ничего.

— Даниэле, перестань. Отложи это в сторону.

Никакой реакции. Я забрал его, и он начал кричать, но я положил его на полку. Я поднял его, несмотря на его сопротивление. Его отказ быть рядом со мной резал сильнее, чем те удары кнутом много лет назад.