Искупление 6

– Посмотри, как ты реагируешь сейчас? Ты бы уволил его из гаража и отослал подальше, а у него больше никого нет!

– Тебе всего восемнадцать, - огрызнулся он, слезы наполнили его глаза. – Я не хочу такой жизни для тебя.

– Ему всего восемнадцать, - ответила я, дрожа. – И он – моя жизнь, папа. Он – моя жизнь, а я – его. Мы семья, - мой голос сорвался, и я судорожно вдохнула, прежде чем выдавить: – Он отец моего ребенка, и Даррен забирает его у меня.

– Ифа, любимая, я знаю тебя…- Звук дверного звонка пронзил кухню, заставив моего отца остановиться и нахмуриться, глядя на закрытую кухонную дверь. – Ты кого-нибудь ждешь, Триш?

– Нет, любимый, - ответила мама, похлопав папу по руке. – Я думаю, что это будет Кейси. Она обычно приходит на работу.

– Ифа?- Кев позвал из коридора несколько мгновений спустя. – Я знаю, ты не хочешь, чтобы я с тобой разговаривал, но за дверью тебя ждет женщина.

– Если это еще один гребаный репортер, который хочет сделать заявление, я сойду с ума, - отрезал папа, поднимаясь на ноги и выходя из кухни.

Всю неделю нас бомбардировали телефонными звонками с местных радиостанций и репортерами, приходившими в дом в поисках сенсации.

Мы были маленькой страной, а это означало, что пожар стал большой новостью в Корке, он даже попал в национальные новости, и СМИ были отвратительно навязчивы по этому поводу. До Кейси даже дошел слух, что национальные новостные компании планировали присутствовать на похоронах. Это было за гранью бесчувственности по отношению к шестерым детям, которые только что потеряли обоих своих родителей, какими бы дерьмовыми они ни были.

Папа вернулся через несколько минут со знакомой блондинкой на буксире. – Триш, - сказал он, жестом приглашая гламурную блондинку присоединиться к нам за столом.– Это Эдель Кавана.

– Привет, Триш, - сказала Эдель, мягко улыбаясь моей матери, прежде чем обратить свое внимание на меня. Теплые глаза, полные сочувствия, приветствовали меня. – Моя любимая, как ты?

У меня отвисла челюсть, и я попыталась ответить, но не смогла выдавить ни слова. Не тогда, когда все мое внимание было приковано к маленькому ребенку, которого она держала за руку.

– О боже мой, - воскликнула я, практически падая со стула в попытке добраться до него. – Шони!

– И-фа, - пробормотал он, облизывая пальцы, которые он сосал, прежде чем освободиться от Эдель и заковылять ко мне. Его маленькая ручка, покрытая обычной слюной. – И-фа.

– О, Шони-бу.- Подхватив его на руки, я тут же сломалась, когда волна облегчения захлестнула меня при виде его маленькой кудрявой головки. – Ты не представляешь, как я рад тебя видеть, малыш.

– О, как грустно, - сказал он мне, касаясь моей щеки рукой. – О-о-о, мисс Э-фа.