Красные искры света

Однако это его не остановило, и он сделал еще шаг вперед, щурясь и пытаясь понять, в какой стороне выплывет Джульетта.

Я тотчас вцепилась в него. Чужие кроссовки мигом намокли.

– Идиот! – зашипела я. – Куда пошел?! Утонешь ведь! Ладно, ты, так ведь мое тело из-за тебя пострадает! Обуйся немедленно!

– Не указывай мне! – попытался оттолкнуть меня он, но не вышло – теперь физически сильнее была я."

"– Пока ты эксплуатируешь мое тело, буду! – не собиралась я сдаваться.

– Больно же! Отпусти! – фальшиво возмутился Зарецкий, и я, не поняв сразу, что он меня разводит, ослабила хватку. Поднапрягшись, Яр все-таки вырвался и устремился вперед, неуклюже перебирая ногами по дну и подобрав, как барышня из девятнадцатого века, подол ночной рубашки.

Господи, откуда берутся такие недоумки?!

Он сейчас или утонет, или заболеет. Вода – холодная!

– Зарецкий! – заорала я, возмущенная его невероятной тупостью. Мне ничего не оставалось делать, как броситься в погоню. – Стой, гад!

Он обернулся и, хмурясь, помахал, мол, иди на берег, я сейчас во всем разберусь.

Я не верила. И догнала Енота до того славного момента, как вода достала ему почти до талии, а мне была почти до бедер. Благо, что дно было пологое, с постепенным увеличением глубины, и нырнуть он не успел.

Я попыталась остановить этого идиота, дернула его на себя, чувствуя неприятный холод. А он, вместо того чтобы повиноваться и покорно вернуться к берегу, дернулся. Да так, что я, потеряв равновесие, упала в ледяную озерную воду, увлекая его, орущего на весь берег, за собой.

Первой моей мыслью было: «Сейчас я утону», однако тут, наверное, включилась мышечная память, и я с удивлением поняла, что спокойно держусь в воде, быстро нащупала дно и встала, мигом замерзнув и покрывшись мурашками. А вот Зарецкий, с его хваленой уверенностью в собственных силах, стал бестолково бултыхаться – так, словно очутился в открытом море. Пришлось приложить немало усилий, чтобы вытащить его на берег.

– Это твое тело, – выплюнул он злобно, мокрый и трясущийся от холода, как котенок, – бесполезное! Его даже это, – тут Зарецкий опрометчиво схватился за грудь обеими руками, – не компенсирует!!!

– Заткнись, – дернула я его за предплечье, чувствуя, как холод проникает прямо под кожу. Даже солнце не спасало. – Будешь вести себя так – урою, – перешла я на сленг от злости. – Понятно?

– Тупица, – сверкнул глазами Ярослав.

– Парень, ты бы осторожнее был с девушками, – внезапно раздался мужской голос, и мы оба, замолчав, оглянулись. По берегу к нам подходил высокий и накачанный молодой человек, отдыхающий, который, видимо, стал нечаянным свидетелем нашего небольшого представления, в главной роли которого, бесспорно, выступал Зарецкий.