Красные искры света

Скорее всего, виною всему были мои ассоциации и собственные тайные желания – я хотела увидеть в немце тот самый образ героя-спасителя, в который влюбилась. Мозгу надоело, что его хозяйка испытывает чувства непонятно к кому – то ли к мечте, то ли к иллюзии, то ли к фантазии. И потому, узрев Карла, внешне похожего на мужчину, спасшего меня, мозг радостно попытался перенастроить мои чувства на него.

Кажется, у мозга это хорошо получалось, и он ликовал. А вот сердцу подобный поворот дел не очень-то и нравился.

Узнав у Арины расписание Карла, я все-таки нашла время и подкараулила его после семинара с второкурсниками. Из аудитории он выходил в компании восторженных студенток, которые, видимо, разглядели в статном высоком черноволосом мужчине своего идеального преподавателя. Они восторженно смотрели на него, щебетали что-то, смеялись, а он был словно само спокойствие – этакая скала, которая разрешала звенящим ручейкам бежать рядом со своим подножьем.

– Завидую, у нас английский, а не немецкий, – проговорила стоящая рядом со мной красноволосая девчонка-третьекурсница, которая вместе с подружкой наблюдала за герром Ротенбергером.

– Да уж, – согласно протянула та. – Крутой препод. Интересно, ему студентки нравятся? Может быть, у кого-то шанс будет.

– Говорят, у него что-то с новой аспиранткой на кафедре литературы, – вздохнула первая красноволосая.

– Она та еще ведьма, – поморщилась ее подружка. – Но ничего так с виду. Может, она его и окрутила.

Я хмыкнула. Какие интересные слухи пошли по университету.

Дождавшись, когда студентки таки отлипнут от Карла, я решительно двинулась за ним и нагнала неподалеку от кафедры.

– Здравствуйте, – сказала я, скрывая легкое волнение.

Немец остановился, с удивлением глядя на меня. К моей досаде, он, кажется, не мог меня вспомнить.

– Добрый день. Вы – мой студент? – уточнил он.

В рубашке с короткими рукавами, обычных джинсах, с темными волосами, стянутыми в аккуратный низкий хвост, – он казался этаким образцовым европейским преподавателем, которые славились своей демократичностью в общении с простыми студентами. Так девчонки, которые учились по обмену, рассказывали, что со своими преподами, особенно молодыми, они отлично общались и даже ходили вместе в бары и на разные мероприятия, потому что в этом никто не видел ничего зазорного.

– Нет, – решительно мотнула я головой. – Я не ваш студент. Я аспирант с кафедры литературоведения, – уже на его родном языке добавила я."

"– А, вы та самая девушка, которая отлично говорит по-немецки, – почти обрадовался Карл. – Я вспомнил вас, да.

– И я же – причина пролитого кофе на вашу рубашку, – напомнила я занудно. – Мне до сих пор ужасно неловко.

– Бросьте, все в порядке.