Искры между нами

Смотрела мне в спину, но так и не попробовала остановить.

Глава 19

Я молодец! Прогнала злостного осеменителя, вышвырнула его из своей жизни! Так ему и надо! Пусть катится к своей Алене, раз уж обрюхатил! Мне плевать!"

"Только в груди дыра пробита размером с кулак, и душа в агонии заходится, кричит «не отпускай его». Я победила, но радости ноль. Эта победа с привкусом гнили.

После дневного света в подъезде тьма, пугающая своей внезапностью. Надо идти домой, а сил нет — ноги не хотели подниматься по ступеням. Я сдалась, прислонилась к стене и медленно сползла вниз, до крови кусая губы, умоляя себя забыть, отпустить, не оборачиваться, но сердце упрямо рвалось за ним.

Глупое, зачем? Какое будущее у нас может быть? Как быть с ним, зная, что он другой заделал ребенка? Я не могла этого понять. Не хотела.

Между нами непреодолимое препятствие, горный пик, через который не перебраться, не перепрыгнуть, не перелететь, потому что крылья обгорели.

Хотелось завыть раненым зверем, но нельзя. Придти домой с зареванной покрасневшей физиономией — это значит попасть под допрос с пристрастием. Родители будут всеми силами пытаться выяснить, кто обидел их бестолковую деточку, а я пока не готова говорить на эту тему, не готова отвечать на вопросы.

Вдох. Выдох. Снова и снова, пока в голове не зашумело.

Я через силу поднялась на ноги, поправила сумку, оттягивающую плечо и побрела к двери.

— Ты чего, какая кислая? — спросила мама вместо приветствия, подозрительно всматриваясь в мои нервно блестящие глаза.

— Укачало, — соврала я и стала раздеваться, старательно отводя взгляд в сторону, — растрясло на обратной дороге так, что еле доехала.

Меня действительно иногда укачивало в поездах. Маменька об этом знала, поэтому не стала больше задавать вопросов относительно моего скорбного вида, и переключилась на более безопасную тему:

— Как отдохнула?

— Замечательно! Гуляли много, по музеям ходили, — я начала рассказывать, всеми силами имитируя восторг. Надеюсь, не переигрываю…

— Иди мой руки и давай обедать. Тебя как раз ждем.

— Я мигом, — убежала в ванну и, закрыв за собой дверь, облегченно выдохнула.

Щеки горели, глаза подозрительно блестели. После разговора с Магницким, я вся была как один сплошной сгусток нервов. Надо успокоиться, забыть…

Как бы не так!

— Дашунь, — мама тихонько поскреблась в дверь, — а тебя тут молодой человек разыскивал. Некий Егор.

Я мысленно застонала.

— Видать, потерял он тебя, — она попыталась пошутить, но ее шутка словно кирпичом по физиономии проехалась

— Потерял, — буркнула я. Повесила полотенце и пошла на кухню, а мама в легком недоумении последовала за мной.

Время медленно шло вперед и, по-моему, совершенно не собиралось выполнять свою основную функцию. А именно — лечить.