Искра на счастье

— Человеческие женщины не бывают истинными?

— Нет, ведь у вас нет второй ипостаси, но в остальном ты полностью ей соответствуешь. Я очень рад, что купил тебя тогда, хотя долгое время был уверен, что просто зря выкинул деньги, — дракон обнял Полетт. — Простишь ли ты когда-нибудь меня за все, что тебе по моей вине пришлось перенести?

— Конечно, прощу, ведь я сама поступала не лучше, — вздохнула женщина. — Если моя малышка благополучно родится, то о большем счастье я и не мечтаю. Но учти, дракон, наложниц я больше не потерплю, и если, не дай Всесветлая, узнаю, что ты был с какой-то другой женщиной, не обижайся — не прощу.

— Ты еще и ревнивица? — довольно улыбнулся дракон.

— Я собственница, — возразила Полетт. — Мы с малышкой решили, что вот этот, — женщина ткнула пальцем в грудь мужчины. — Дракон — наша с ней собственность, а своим я ни с кем не делюсь!

— Так что ты говорила про Империю — все-таки, поедем?

— Нет, это была минутная слабость. В Империи нет никого, кто меня бы ждал и… любил, — грустно ответила Полетт. — И я в этом сама виновата, но теперь уж ничего не поделаешь. Мой дом — в Нибелгране.

— Полетт, — с чувством выдохнул Рангх, аккуратно сгребая женщину в объятия.

Так, мы отошли от темы, а с детьми-то что? Почему ты уверен, что у нас родится девочка — дракон, а не просто человеческая девочка?

— Потому что Всесветлая, когда проклинала драконов, поставила условие. Ты же знаешь, что ни одно проклятие не может быть наложено, если нет условий для его снятия?

— Не могу сказать, что очень хорошо разбираюсь в вопросе, но что-то такое я слышала, — кивнула Полетт.

— И условие, которое назвала Всесветлая Наместнику Нибелграна, было таким: первая драконица родится только тогда, когда последняя Искрящая сможет забыть и простить, а драконы научатся любить и ценить.

— И? Каким образом это может касаться нас?

— Дракониц больше нет в мире, значит, родить девочку — дракона может только человеческая женщина. Ты — человеческая женщина и ждешь девочку от дракона.

— Гм… Сложное умозаключение, — засомневалась Полетт. — Но, знаешь, мне все равно, кто родится — мальчик или девочка, дракон или человек — я, самой удивительно, уже его люблю и очень хочу прижать к груди.

— Мне, в общем-то, тоже все равно — сын или дочка, главное, чтобы ребенок благополучно родился и ни ты, ни он не пострадали. Я оставлю тебя на день — мне надо слетать к Наместнику?

— Спешишь поделиться радостью?

— Да, заодно узнаю, как у него обстоят дела, ведь его наложница тоже беременна.

— Можешь узнать кое-что для меня?

— Да, конечно, что ты хочешь узнать?

— Узнай, счастлива ли и благополучна Искрящая.

Рангх внимательно посмотрел на свою женщину и серьезно ответил:

— Обязательно. Не скучай, моя ньяра, я постараюсь не задерживаться.