Искра на счастье

Но остальные драконы не приняли такой союз и сначала выгнали их из Нибелграна, а потом, когда узнали, что женщина беременна, убили обоих, чтобы не портить чистоту крови драконов.

— Какой кошмар, вы же ненормальные! За что убили женщину, нерожденное дитя и своего соплеменника? — возмутилась Полетт. — Кажется, я погорячилась, отказавшись поехать в Империю, там, по крайней мере, не убивают ни смесков, ни смешанные пары!

— Подожди, не спеши, я не договорил, — остановил поток возмущений мужчина. — И тогда Наместнику Нибелграна явилась Всесветлая и сказала, что за такое преступление она накладывает наказание на весь драконий народ, и что отныне у драконов будет рождаться одна девочка на пять-шесть мальчиков, а не поровну, как раньше. Что одна драконица сможет родить только один раз в жизни и что если драконы не образумятся, то сначала девочек, а потом и мальчиков будет рождаться все меньше и меньше, пока драконы полностью не потеряют возможность иметь потомков.

— Да, уж, — поёжилась Полетт. — Всесветлую лучше не гневить. И что случилось дальше?

— Раум, — обратился дракон к замершему в углу комнаты целителю. — Ты можешь быть свободен.

Тот поклонился и стремительно покинул помещение."

"— А дальше все случилось именно так, как предсказала Всесветлая: постепенно детей становилось все меньше и меньше, а девочки вообще перестали рождаться.

— И что теперь?

— Спустя много- много лет драконы спохватились и принялись искать способ получить потомка, но ничего не получалось. Дальше ты и сама знаешь, что делали драконы.

— Уж знаю, да, — поёжилась женщина. — Странно, что теперь наши соития дарят одну радость и наслаждение и без всяких зелий и отваров мне ни капли не больно и хочется еще и еще.

— Я тоже думал над этим, — кивнул Рангх. — Могу сказать, что одна ночь с тобой приносит больше удовольствия, чем все годы, когда я брал наложниц.

— Интересно, это я такая особенная или есть что-то еще, что отличает наши соития от того, как ты проводил ночи с наложницами?

— Да все отличает! Ты не пьешь отвары и зелья, ты не боишься меня, тебе нравится прикасаться ко мне, и ты получаешь удовольствие от слияния. А мне хочется все время тебя обнимать, гладить, носить на руках, ласкать, целовать, особенно целовать! Мне нравится твой запах, твои волосы, твоя нежность, ненасытность и безбашенность. Если бы ты была драконицей, то, несомненно, являлась бы моей истинной, а так — ты моя ньяра.

— Что такое «ньяра»? — заинтересовалась Полетт.

— «Ньяра» — любимая женщина. Сокровище, которым ни с кем не делятся.

— Интересное у вас разделение. Ньяра — любимая наложница?

— Нет, ньяра выше любой наложницы и выше драконицы, если она — не истинная ее дракона.