Исключительно твой

Девки покупают что-то свое, не упуская возможности при случае состроить мне глазки.

— А ты ж нам составишь компанию?

— Посмотрим.

— Вечером веселей. Жара не такая, можно искупаться, потанцевать.

Бурчу что-то невнятное. Расплачиваюсь за покупки. Забиваем багажник. Всю дорогу до лагеря девчонки напропалую со мной флиртуют. Я вяло отмахиваюсь. От стоянки до полевой кухни идти прилично. Делать нечего. Вызываюсь помочь девчонкам донести сумки.

— Марат, а ты вечером свободен?

— Как сказать, — ухожу от ответа.

— А пойдем купаться? Голышом. Я так ненавижу все эти купальники. Но сама из-за местных боюсь. Мало ли что у них на уме.

Девки хихикают. Закатывают глаза. Намек весьма и весьма непрозрачный.

— А то, что здесь детей тьма, тебя не смущает, Никитина? — доносится глубокий, отзывающийся лаской в животе голос.

— Ой, Афин, а мы тебя не заметили.

— Я так и поняла, — усмехается та. Нечитаемый взгляд соскальзывает на мою руку, за которую прочно вцепилась девчонка. Оуч… Я машинально стряхиваю чужую загребущую лапку. Бутылки в пакете звякают. Афина недобро сощуривается.

— Надеюсь, это лимонад.

— А если нет? — выступает вперед Рита.

— А если нет, то тот, кто это приобрел, забирает свое барахло и валит отсюда на все четыре стороны.

— Это благодарность за то, что мы пришли тебе на помощь?! — рычит девица, наступая. — Да если бы не мы, здесь бы все с землею сравняли!

— Вы помогли не мне. А детям. И не за просто так, — цедит Афина. — Вы с ней заодно? — оборачивается к остальным девочкам.

— Нет. Мы говорили, что алкоголь покупать не надо. Но кто нас послушал?

Взгляд Афины скользит дальше мимо меня. Будто я — вообще пустое место.

— Я только помог донести, — замечаю тихо, и улыбка помимо воли касается моих губ. Афина в ярости — это что-то. У меня слабеют коленки. У меня кружится голова. У меня такой стояк, что сдохнуть просто. — Не могу разрешить женщине таскать тяжести, даже контрабанду.

— Блин, ты такой классный! — стонут девицы. Афина громко фыркает.

— Не злись, — подхожу к ней, опускаюсь на корточки. — Это тебе.

Афина недоверчиво заглядывает в пакет.

— Курица? — удивленно хлопает глазами."

"— Угу. Разве я не добытчик? — улыбаюсь. Ну, пожалуйста, пожалуйста, давай уже, выдыхай. Не нужны мне эти малолетки и даром. Ты же умная девочка…

— Э-э-э… Еще какой. Спасибо, что она, по крайней мере, по частям и без перьев. Теперь, видимо, предполагается, что я должна ее приготовить?

— Готовка — женское дело, — пожимаю плечами.

— Т-ш-ш!

— Что?

— Ты здесь со своим махровым сексизмом потише. Девчонки-то у меня в основном феминистических взглядов. Рассоришься, никто больше не позовет купаться.

— Ревнуешь? — касаюсь ее подбородка пальцами. Фиксирую взгляд своим.

— П-ф-ф-ф. Было бы к кому.

— Ты права.