Искалеченные

Его лицо оказалось над моим, глаза неотрывно смотрели в мои, и от его пристального взгляда я задержала дыхание.

Такая близость была для меня сущей пыткой. Я догадывалась, что будет дальше: Рэймонд, как обычно, доведет меня до температуры кипения, добавит самые острые специи, а потом разделает на мелкие кусочки. И не попробует ни одной ложки, оставив меня остывать.

– Я не против того, чтобы ты ходила в моей футболке. И я поддерживаю идею отправиться вместе с тобой в душ, – сказал он низким голосом. – А еще я ненавижу проводить выходные за просмотром телека с пивом.

Его теплая ладонь коснулась моей щеки, и на мгновение я прикрыла глаза.

– Какой финал ты хочешь для нашей истории? – спросил Рэймонд, и я распахнула веки.

– Все хотят хэппи энд. Но его не хватит на всех, – тихо ответила я, наслаждаясь его прикосновениями.

Рэймонд провел большим пальцем по моей нижней губе, повторяя ее изгиб. А затем надавил на нее, принуждая разомкнуть губы.

– Мы живем, думая, что влияем на ход истории и на ее финал, – хрипло проговорил он. – Но потом в нашей жизни появляется человек, который меняет наш мир на сто восемьдесят градусов.

С этими словами Рэймонд придвинулся ближе, и его лицо оказалось настолько рядом с моим, что я ощущала на коже его дыхание. Он склонил голову, и его губы задели мою мочку уха. По телу тут же пробежали мурашки, а тепло застыло внизу живота.

– Ты перевернула мой мир и вернула к жизни, – сказал он.

От его признания меня охватила дрожь. Я волнительно облизала губы, боясь, что совсем скоро потеряю над собой контроль. Еще один шаг со стороны Рэймонда, и я подниму руки и обниму его. Еще один его шаг, и я прижмусь к нему, впиваясь в его губы.

Еще несколько секунд я всматривалась в темный коридор в надежде, что Рэймонд скоро вернется. Так и не увидев его широкоплечую фигуру, я откинулась на подушки и скрестила перед собой руки. Рэймонд в очередной раз оставил меня растекаться никчемной лужицей.

– Снимай кофту, – неожиданно раздался его низкий голос.

Я замотала головой, думая, что выжила из ума. Мне померещилось, или Рэймонд попросил меня раздеться?

Вернее, не попросил. Он требовал.

– Раздевайся, – Рэймонд подошел к дивану, положил на него плед и уселся рядом со мной. – Я смажу твои синяки мазью.

– Мазью? – я уставилась на него, пока он снимал крышку с небольшой банки.

– Мазью, – подтвердил Рэймонд. – Я часто ей пользуюсь, и она отлично лечит. Снимай кофту.

Мои щеки предательски покраснели. Выходит, Рэймонд сказал мне снять с себя одежду не с той целью, про которую я подумала. Горестно вздохнув, я ухватилась за края кашемирового свитера и стянула его, оставшись в топике.

Рэймонд подсел ближе, и я почувствовала жар, исходивший от его тела.