Искалеченные. Книга вторая

– Мне показалось, что я столкнулась… – а дальше ее горло выпустил лишь хрип.

Давление, оказываемое на шею, было сильным. Таким сильным, что паника сразу вытеснила все остальное, заставляя Лин тут же подскочить с сиденья.

– Рэй! – она испуганно вскрикнула.

На ее плечи грубо нажали жилистые руки, пригвоздив ее к кожаной спинке. Лин еще раз попыталась освободиться, но крепкие пальцы поднялись выше, смыкаясь на шее.

– Я уже рядом, – прошептал голос в затылок. – Скучала по мне?

Лин задыхалась. Она хотела повернуть голову, чтобы взглянуть, где Рэймонд, но резкий удар по макушке выключил в глазах свет.

***

Лин попыталась глубоко вздохнуть, но ничего не вышло. Пустой, лишенный воздуха, вдох. Второй. Третий. А когда ей все-таки удалось сделать вдох, воздух обжег ее горло. Лин инстинктивно потянулась к шее руками и раскрыла глаза.

– Рэй! – она подскочила с постели и вцепилась в кулон.

Громко всхлипнув, она повернула голову. Половина кровати непривычно пустовала, и Лин захотелось плакать. Плакать так сильно, чтобы сорвать голос от крика. Плакать так горько, чтобы перед глазами все расплывалось, и глотать, отчаянно глотать слезы.

Ее ночные кошмары вернулись.

Только в этот раз все было до жути правдоподобно.

Лин приснился день из реальной жизни, где она действительно гуляла по пляжу, где наткнулась на толпу и странного туриста, где они уехали домой вместе с Рэймондом. В реальности они спокойно добрались до дома, а во сне…"

"Во сне вернулся он и снова попытался задушить ее.

– Рэй! – крикнула Лин, вглядываясь в темноту комнаты.

Тишина.

Лин потянулась к тумбочке за телефоном, заметив сложенный пополам белый листок бумаги. Продолжая всхлипывать, Лин дрожащими руками нащупала кнопку ночника и схватила записку, написанную ровным почерком.

Ты крепко спала, и я не стал тебя будить. Повез  твою маму в аэропорт.

P.S. Сегодня ты будешь кричать подо мной, не боясь, что мама услышит. Я люблю тебя.

Лин упала на подушку, по-прежнему держа в руке записку. Неудивительно, что она могла проспать отъезд матери.

В последний месяц Лин все больше времени проводила в постели, словно отсыпалась за тот период, пока ее мучили кошмары. До сегодняшнего дня…

Внезапно резкая головная боль ударила в затылок, а тело содрогнулось в рвотном позыве. На подкашивающихся ногах Лин вбежала в ванную комнату. Ее продолжало трясти, и она склонилась над унитазом, вцепившись в его края.

Когда волны, выворачивающие наизнанку, утихли, Лин устало поднялась. Она поплелась к раковине и открыла кран. В отражении ее лицо казалось мертвецки бледным, и Лин тут же принялась умываться прохладной водой, возвращая коже привычный цвет.

– Только ты могла проспать отъезд мамы, – заявила она зеркалу охрипшим голосом.