Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945

Тот, что в шляпе, все время до этого молчавший, едва заметно кивнул, а старший спросил: «Вероятно, за три года пребывания в Германии вы научились неплохо разговаривать по-немецки? Ведь основы знания этого языка у вас были заложены еще в школе».

Ох, говорят же: «язык мой – враг мой». До чего же верна эта народная поговорка! Так и тут. Промолчать бы мне или, во всяком случае, быть сдержанней, так нет – расхвасталась:

– Как сказать… Вроде бы неплохо. По крайней мере, в последнее время никаких затруднений с этим не испытывала.

Они оба с каким-то непонятным для меня удовлетворенным видом вновь переглянулись, и тот, что в шляпе, вдруг быстро повторил только что прозвучавший вопрос по-немецки. И снова во мне некстати взыграло бесовское самолюбие, и я не без удовольствия перевела свой ответ. Затем прозвучали еще с десяток вопросов уже на разные темы, на которые я, уже предчувствуя, но еще не осознавая до конца приближения для себя чего-то неприятного, дала нужные ответы тоже на немецком."

"Тут эти двое опять обменялись какими-то непонятными, короткими словами, а потом младший из них, глядя на меня цепким взглядом, вдруг произнес:

– Вы нам нужны. Будете работать у нас. Мы нуждаемся в людях, владеющих немецким языком.

– Где – у вас? Кто вы?

Я не на шутку перетрусила. Откуда взялись эти типы? Мало ли шастает сейчас вокруг разных проходимцев, бродяг, диверсантов? Мне сразу вспомнился наш с мамой первый неудачный побег от Шмидта с бандитами, что выдавали себя за русских пленных… И эти, видно, не лучше. Какие-то подозрительные субъекты: переговариваются между собой непонятно о чем, ко мне обращаются чуть ли не приказным тоном, а сами даже не в военной форме… Ну уж нетушки! На этот раз я буду умнее.

– Знаете, я не смогу. Я просто не вправе. Ведь со мной дети. Их матери на меня надеются. И потом… Потом мне обязательно надо в Россию. Вернее, мне обязательно надо домой…

– Домой вы непременно вернетесь – это мы вам обещаем. Но не сейчас – позднее. А теперь вам нужно помочь Родине – разве вы не осознаете этот свой долг – помочь Родине? – Тот, что в шляпе, говорил эти слова ровным, бесстрастным голосом, а мне казалось – он их кричит. Господи, кто же они? Ну и влипла же я со своим дурацким языком! Как кур в ощип…

Старший из них, поняв, видимо, охватившее меня смятение, добавил несколько мягче: «Успокойтесь. Ведь мы понимаем ситуацию, и не сейчас, не сию минуту, забираем вас с собой. Придем завтра, примерно в полдень. Надеемся, что мамы этих детишек к тому времени уже освободятся и никаких препятствий больше не возникнет… А кто мы – вы узнаете несколько позднее. Поверьте, то, что мы вам предлагаем, – для вашей же пользы».

И они ушли. Не оборачиваясь. Старший сказал: «До завтра», а младший едва кивнул головой.