Исчезнувший

 – Что ж, поеду в деревню Буерак. Вы, Настя, не составите мне компанию? С вами мне будет проще – нужный дом покажете…

– Да, я не против съездить… – пожала она плечами. – И дом могу показать… Но сейчас уже поздно. Автобусы туда не ходят, электричка останавливается только рано утром…

– Ничего, я раздобуду машину, – пообещал Лев. – Думаю, это не составит проблемы. Так что, поедем?

– Хорошо, едем, – согласилась Настя.

Гуров повернулся к Сорокину:

– А вы, Борис Игоревич, можете вернуться домой. Я собираюсь прямо сейчас сообщить людям, которые ведут следствие, что мне знаком сюжет картины Артюхова. Эта новость быстро дойдет до всех… всех, от кого исходит опасность. Ну вот, а если сюжет перестанет быть секретом, то вам, как свидетелю, нечего будет опасаться. Идемте, я вас подброшу до города.

– И на чем же вы меня подбросите? – поинтересовался Сорокин. – Что-то я за окном никакой машины не вижу…

– Машина будет! – заверил Гуров.

Он достал телефон и позвонил генералу Тарасову. Когда генерал откликнулся на звонок, Гуров сказал:

– Помнится, во время нашей утренней встречи вы мне обещали всяческую помощь в расследовании. Мне это не показалось?

– Нет, Лев Иванович, не показалось, – ответил генерал. – Окажем вам любую помощь, подключим все средства, какие есть в нашем распоряжении. Что вам требуется?

– В настоящее время мне требуется средство передвижения. Что-нибудь простое и надежное. Меня вполне бы устроила «Нива» в исправном состоянии.

– С водителем? – уточнил Тарасов.

– Нет, водить я сам умею, – ответил сыщик. – Так что вашего водителя я отпущу. Тут у вас в городе имеется лесопарк, в который ходит автобус, вот пусть туда и пригонит. Рядом с автобусной остановкой расположена мастерская художника Шмайлиса. Адрес…

Лев повернулся к художнику, и тот продиктовал ему адрес, который Лев затем повторил начальнику управления.

– За город собираетесь ехать? – спросил генерал.

– Верно поняли, Николай Семенович, за город.

– Так, может, наш водитель вас и отвезет?

– Нет, лучше я один съезжу. Вернее, с провожатым. И если найду там что-то интересное, сразу вам сообщу. А водителя вашего высажу, где он скажет, где ему удобней будет домой добраться.

– Ладно, как скажете, – ответил Тарасов. – Я вижу, вы в вашем расследовании уже далеко продвинулись?

– Какое там продвижение, Николай Семенович! Так, появилась кое-какая информация, нужно проверить. Хотя кое-что существенное я узнал. Например, мне стало известно, что за картину писал перед смертью Артюхов.

– Да что вы говорите? – оживился генерал. – И что же там за картина?

– Картина называлась «Делёж». На ней были изображены трое представителей правоохранительных органов Княжевска, занятые разделом похищенной чужой собственности.