Барышня ищет работу (СИ)

Кажется, ему всё это нужно ничуть не меньше, чем мне…

Он подхватывает меня, и мы падаем на постель, просто падаем, забыв о… о чём-нибудь там.

— Лёлечка, невероятная и прекрасная Лёлечка, — слышу я.

Пытаюсь что-то сказать в ответ, не выходит. А поцеловать — выходит, и касаться, и вдыхать, и схватить, и не отпускать… даже если это — минутное и вот только сейчас.

Но почему мне кажется, что — не только сейчас? Новый мир подарил мне невероятную силу, и теперь дарит ещё и столь же невероятную любовь?

Спасибо тебе, новый мир.

29. Оля как всегда

29. Оля как всегда

Утро показалось мне добрым, очень добрым — едва ли не впервые после моего переселения в этот мир. Я не помнила, снилось ли мне что-нибудь, но ночная явь оказалась лучше любого сна. Вот честно, я до конца не верила, что наш прекрасный маг хоть как-то ответит мне, ведь раньше он держался со мной как весь такой правильный и ничего особо лишнего не позволял. Неужели… получилось?

И я чувствовала себя совершенно здоровой. Абсолютно. Полностью. Не осталось сомнений и душевной боли, а только лишь — надежда на будущее. На прекрасное будущее."

"Я подскочила, огляделась — ну и хаос тут у меня! Потому что, ну, ночью чего только ни было, особенно прекрасно мы искали воды, чтобы напиться, а не было ни капли. И он звал ту воду в мой кувшин, и показывал мне, как это следует делать, говорил — это нам не очень-то легко по нашей силе, но всё возможно, потому что некроманты — самые могучие и самые умелые, и я верила ему с полуслова, вот просто верила, и всё.

Я вообще недоверчива, так сложилось. Неспроста, конечно же, но — как есть. Однако, мне и в голову не пришло его прогонять. Потому что… он великолепен, вот.

С этой мыслью и ещё с улыбкой я вновь позвала воды в кувшин, умылась, потом попробовала разгладить складки на юбке и блузке — о, получается, и воротничок сделать посвежее, как Антония делала, я видела. И получилось, всё-то мне удавалось этим утром, загляденье просто.

Дома я бы полезла в телефон — мало ли, вдруг что-нибудь написал? Здесь не было никакого телефона, поэтому я просто выбралась из комнаты — узнать новости.

— Оля встала! — обрадовалась Марфуша. — Иди завтракать! Только сначала загляни в гостиную, там тебя Алёшка дожидается.

— Какой ещё Алёшка? — не поняла я.

— Так господина нашего соседа ближний человек!

Человек Соколовского? И что ему нужно, чего нельзя было сказать мне ночью самому?

Светловолосый парень сидел на стуле — прямо, будто тот пресловутый аршин проглотил. Увидел меня — тотчас подскочил.

— Здравствуйте, Ольга Дмитриевна! А Михал Севостьяныч велел вам кланяться и передать вот это, — и он впрямь с поклоном передал мне большой конверт из плотной коричневой бумаги.

— А что он сам? — рискнула я спросить.