Барышня ищет разгадки (СИ)

А из порталов они тянут силу, точнее — из артефактов портала, и могут испортить такой артефакт навсегда. Поэтому — никаких теней, никаких порталов. Только по земле, так у нас есть шанс. Они сильнее нас, ловчее, и в магических искусствах нам не сравниться с ними никогда.

— А почему они пьют кровь? — Соколовский продолжал расспросы.

— Питаются они кровью. О нет, не все. Большинство отлично ест мясо, предпочитая курятину, и любую другую человеческую пищу. Китайцы говорят, что ничтожная их часть от начала мира отмечена тьмой, вот те и охотятся на людей. Они, строго говоря, не пьют кровь, они забирают жизнь и душу. Поэтому в теле не остаётся ни крови, ни души, ни духа. И на допросы ваши некромантские они не реагируют, потому что там нечем. Вот как бы вы попытались расспрашивать… стул. Ответит ли вам стул? Много ли расскажет о том, как был деревом, и в какой мастерской его изготовили? Вот так и несчастные жертвы этих тварей. Представляйте, что это… стул. И не ждите чудес. Магия есть та же физика, просто кому-то дано более, чем прочим, и силы мира отзываются охотнее. И не все подряд, а какие-то особенные. Старшие же владеют всеми силами сразу. Все стихии, жизнь, смерть и божественная правда. Только так их и можно пронять, понимаете? Что, говорите, некромант, два боевых мага, и третий — оборотень? Маловато будет. Против по сути Старшего, против того, кто прожил в этом мире пару тысяч лет — явно недостаточно.

И не просто прожил, а ещё и почему-то решил питаться людьми.

— И что же, если его не кормить… людьми, то он кончится?

— Именно. Такое существо не может не охотиться и не есть. Может растягивать периоды от жертвы до жертвы, если разумен и понимает, что люди рано или поздно ополчатся на него и убьют. Хорошо, не убьют, развоплотят его злобный дух. Если молод и неразумен — то просто охотится, и всё.

— А как же такое существо может выполнить желание человека? — осторожно спросил Авенир, младший сын Афанасия Александровича.

— Нужно очень постараться, — Бельский скупо улыбнулся. — Например, лишить его свободы, и пообещать освободить. Но может не сработать.

— Да как же так-то, оно ж живое, как свободы-то лишить, — вздохнул Авенир. — И разумное.

— Пусть питается? — хмыкнул его отец. — Сколько разумных людей то и дело убивают друг друга? Что говорить о нелюдях?

— А что известно о повреждениях от такой твари? — чем там оно могло повредить Лёле?

— Да не остаётся там повреждений, выпил — и всё, — пожал плечами Бельский.

— Мне сказали, что некромант жив, но — что-то там не то с магической силой.

— Щупальце отгрызли вашему некроманту, наверное, — Бельский не удивился. — Тот случай, когда нужно бить и хватать с осторожностью.