Исцели меня (СИ)

Останавливаюсь посередине коридора, слыша позади шаги Глеба…

Глава 4

В очередной раз всего за несколько часов Бестужев становится напротив меня и присаживается на корточки. Улыбается. Он тупо улыбается. Когда внутри меня все клокочет от ярости, он улыбается. Сейчас я уже не отвожу взгляда, всматриваюсь в его глаза и понимаю, что он знает, что я что-то слышала. Точно знает. И эта наглая улыбочка на его лице только подтверждает этот факт. Мы долго смотрим друг на друга, сверля глазами. Сейчас — это словно игра, кто первым отведет взгляд, тот и проиграл. Не знаю, на что мы играем, но мне очень не хочется чувствовать себя проигравшей перед глазами этого мужчины. Он и так был свидетелем моих… падений, если так можно сказать. Наверное, я бы и дальше смотрела на Бестужева и ни за что бы ни отвела взгляда, если бы не один нюанс: он положил свои ладони на ручки моего кресла. А это равносильно быть прикованной наручниками.

— Ты оценила степень моего уважения к тебе, Соня?"

"— Степень уважения — это договориться с моим папой и взять калеку в жены? — ну вот кто просил меня это говорить? Дура! Молчание — золото. — Нет, не оценила, — как можно спокойнее произношу я, не узнавая собственный голос. — Это не случилось два года назад. Не будет и сейчас. Точнее, только через мой труп. Или ты некрофил?

— Смотри-ка, возможности твои стали ограничены, а подслушиваешь как раньше и говоришь так же. Привычки сложно искоренить. И нет, Сонечка, жена — это не степень моего уважения, это, так сказать, закономерный исход моего желания. Пусть позже, чем хотелось. Мне казалось, ты должна оценить, что уже не в первый раз за столь короткий промежуток времени, я нахожусь ниже тебя. А ты, находясь в не самом завидном положении, возвышаешься надо мной. Я дал тебе чувство того, что ты выше меня, помогаю вернуть тебе былую уверенность в себе, чтобы ты не чувствовала себя некомфортно.

— Батюшки, какое благородство, — демонстративно прикладываю руку к груди. — Наверное, я бы поверила в твое уважение, если бы твои руки, лежащие на моем кресле, не ограничивали и без того мою ограниченную свободу. Поэтому иллюзия того, что я выше — не прокатила. Убери руки с моего кресла, — громко проговариваю по слогам.

— Все-то тебе не так, принцесса на тонне гороха.

— Да пошел ты.

— Куда?

— На слово из четырех букв.

— Ну хорошо, что не из трех.

— Можешь и туда заодно пойти. Если через пять секунд ты не встанешь и не отойдешь в сторону, я нажму на этот рычажок и… наеду на тебя. И знаешь, у меня очень мощное кресло, вполне возможно, что оно тебя переедет. Ты просто не знаешь его потенциал. Таких штук очень мало во всем мире. И, если честно, мне бы не хотелось его портить. Оно слишком дорогое, чтобы просто так его профукать. Отсчет пошел.