Исцели меня

Скорее всего, дело в темной бороде… эта растительность на лице меня всегда раздражала в мужчинах. Конечно, передо мной не безобразный священник с отросшим, свисающим клоком волос на бороде, но и не гладко, как у Сережи. Хотя на Сереже красиво смотрится щетина. Ему, наверное, и борода бы пошла. А причем тут вообще он?

— От нуля до десяти, — неожиданно раздается голос слева от меня.

— Что, простите?

— Оцени мою внешность от нуля до десяти. Ты же сейчас оценивала во мне именно ее, — не спрашивает, а утверждает. Хоть бы сделал вид, что не заметил. Неужели я так активно пялилась?

— Ничего я не оценивала, я смотрела на вашу запачканную мною рубашку, — строго произнесла я, отворачиваясь к окну. Глеб! Точно, его зовут Глеб! Вдруг доходит до меня. Гена, блин.

Щелчок двери не дал мне надолго задуматься над реальным именем. Вот как-то настораживает этот жест. Зачем так делать?

— Глупо садиться в машину к незнакомому мужчине. По статистике — маньяки к себе располагают, а не отталкивают, как принято думать. Внешне они выглядят как раз не страшно, а очень даже мило. Знают на что давить и что сказать, чтобы малолетние, и не только, дурочки сели к ним в машину.

— Шутите?

— Нет, конечно, — безэмоционально бросает он. — Хотя я и не маньяк, но это не отменяет того факта, что ты поступила крайне глупо и опрометчиво. У тебя папа далеко не последняя фигура в бизнесе. А там где большие деньги, там всегда — красный уровень опасности. Ну вот что мне стоило представиться каким-то там знакомым твоего отца? Правильно — ничего не стоило. А теперь ты сидишь в машине и едешь в сырой подвал, где будешь жить до тех пор, пока твой отец не подпишет важные документы. А после того как подпишет, тебя скорее всего уберут. Просто потому что свидетелей не оставляют.

Все это мужчина произносит так ровно и невозмутимо, что я совершенно не понимаю — это злая шутка или все же отвратительная правда. От того и молчу как дура, выпучив на него глаза. Но ровно до тех пор, пока он не потянулся в карман сиденья и не достал… черную повязку. Перед моими глазами не пронеслась моя жизнь, вообще ничего. В голове у меня было только одно — Марта. Человек, с которым я больше года проводила бок о бок столько времени, с которым я обсуждала абсолютно все, не просто меня подставила, а фактически отправила в гроб. За что?!"

"— А зачем мне повязка, если вы все равно меня того самого? — вдруг доходит до меня, о чем я быстро говорю вслух.

— Я сказал, вероятнее всего уберут, а не сто процентов. Будешь вести себя хорошо, возможно, и закончится все тоже хорошо. Я надеваю сейчас на твои глаза повязку, чтобы ты не знала куда мы едем. С авансом, так сказать, на счастливое будущее. Ты не кричишь, ведешь себя спокойно, ну и побеседуешь со мной.