Исцели меня

Чувствую, как он вновь подается ко мне и проводит носом по щеке, шумно втягивая воздух. Его губы скользят по щеке вниз, переходят на шею и почти невесомо целуют чувствительную кожу. Пытаюсь прислушаться к новым ощущениям и сама, толком того не осознавая, выгибаюсь, предоставляя еще больший доступ к шее. Можно сколько угодно говорить, что я ненавижу Глеба, но не могу не признать, что то, что он сейчас делает — мне нравится."

"Глеб перемещает свою руку с талии на мою сжатую ладонь и, несильно сжимая ее, прикладывает к своей груди. Даже через футболку я чувствую насколько он горячий.

— Поцелуй меня, — доносится до моего сознания тихий голос с хрипотцой. Машинально открываю глаза на неожиданно прозвучавшие слова. — Сама, — добавляет Глеб, смотря на мои губы.

Какая-то глупая ситуация. Все, что приходит мне на ум — это не послать его куда подальше или оттолкнуть к чертовой матери, а сказать «я не умею». Благо, хватило ума не произнести эти позорные слова вслух.

Единственное на что меня хватает — это закрыть глаза и как заведенная качать головой. Не могу на него смотреть и оттолкнуть не получается, вместо этого я зачем-то отмечаю то, как сильно бьется его сердце под моей ладонью. А в следующий момент я перестаю акцентировать на этом внимание, только лишь по той причине, что Бестужев перемещает одну руку на мою поясницу и почти невесомо целует в приоткрытые губы. Отстраняется и тут же ласково проходится языком по их контурам. Вот это уже совсем непривычно и… слишком интимно. Только все равно я сама закидываю руки на его шею.

Не надо было этого делать. Сама того не осознавая, дала зеленый свет на неизвестно что. И в подтверждении моих мыслей, Глеб углубляет поцелуй, проникая языком в мой рот. Спасибо инстинктам, которые проснулись в нужный момент. Толком не осознавая, как, но я включаюсь в поцелуй. Скорее всего неуклюже, неумело и совсем не так, как это делают большинство девушек, но сам факт, что я смогла — почему-то вызывает во мне радость. Но еще больше во мне вызывает улыбку тот факт, что меня нисколечко не раздражает его борода. Я была уверена, что Бестужев будет колючим, а на деле я даже не замечаю его бороды. Только, когда перемещаю свои ладони с его шеи и прохожусь пальцами по его лицу, убеждаюсь, что она все же есть.

Я не знаю в какой момент все изменилось, я в принципе потеряла счет времени, но не уловить то, что Глеб перестал осторожничать и стал целовать меня по-другому — было невозможно. Нет больше осторожных движений, он целует жадно, обжигая кожу горячим дыханием. И мне не хватает воздуха. Бестужев как будто почувствовал это и переместил свои губы на мою шею.