Штирлиц, он же Исаев

Так что ежели вы его знаете, то меня удивляет, как вы могли уйти из России без помощи ЧК?

– Ну, а если я ушел с помощью ЧК, какие будут вопросы?

– Извините меня, я вас оставлю на мгновение…

Нолмар вышел в соседнюю комнату и показал глазами на руки: «Приготовьте оружие». Один из шпиков протянул Нолмару несколько мокрых еще фотографических оттисков.

Нолмар вернулся и бросил на стол фотографии.

– Если вы пришли с помощью ЧК и не искали встреч со мной, то ЧК, видимо, будут шокировать эти фотографии…

– По-моему, наоборот. Это бы их очень заинтересовало.

– Это если вы их перевербованный агент. А если вы из кадров ЧК?

– Черт его знает… Тут мне судить трудно…

– Мне тоже. Хотя предполагать кое-что могу.

– Я тоже, – ответил Исаев и поднялся. – Увы, мое время истекло.

– Мое тоже. Поэтому я выдвигаю вам предложение: вы берете ручку и пишете обязательство – форму я продиктую.

– Потом рассказываете о ваших связях, явках, задачах, средствах. Засим мы расстаемся.

– Фонографы нашу беседу записывают?

– Увы, предложения вашего принять не смогу.

– Вы живете на нелегальном положении, у вас возможны неприятности с полицией, и потом – документы… Вы говорили – у вас их нет…

– Отчего вы думаете, что у меня нет документов?

– Так мне сдается! Если бы они у вас были, вам было бы удобнее остановиться в отеле.

– Было занятно познакомиться с вами, господин Нолмар.

В это время в кабинет ворвались четверо полицейских. Двое бросились на Исаева, полезли в карманы – искали оружие, – а двое других держали его за руки.

– Я оружия не ношу, – сказал Исаев, не оказывая ни малейшего сопротивления. – А вот протест я заявляю.

– Ладно, – согласился Нолмар, рассматривая его портмоне, которое агенты сразу же ему передали. Там лежал паспорт РСФСР и разрешение эстонского консульства в Москве на въезд М. М. Исаева в Ревель сроком на шесть месяцев.

Нолмар сунул паспорт в свой карман и сказал:

– Господа, этот человек пытался ограбить меня, угрожая смертью. Я требую его ареста. Я задержал его и обезоружил, и я настаиваю на тщательном разбирательстве этого дела.

– Паспорт верните, – попросил Исаев, – и портмоне.

– У вас не было паспорта, – сказал старший из агентов, – а портмоне пожалуйста, вот оно.

Его посадили в одиночку. Нолмар уговорился с шефом политической полиции Неуманном, что этот московский агент будет обвинен в попытке грабежа – время на проверку его показаний о выданных в Москве (выданных ли?) документах позволит посмотреть самым тщательным образом за здешней московской агентурой – те наверняка заворочаются, а этого министерству внутренних дел только и надо: месяц назад ЧК арестовала в Москве семерых эстонцев – из их миссии.