Картина без Иосифа

— Какой ты умный. И хороший. Я люблю тебя, Ник. Ты позаботишься обо мне?

Они остановились под навесом общественной уборной. Ник подул на руки и спрятал их под мышками.

— К ночи похолодает, — сказал он, поглядев в сторону городка, где в небо поднимался дым из многочисленных труб. — Ты проголодалась, Мэг?

Вместо ответа она сказала:

— Тебе пора домой.

— Я не пойду. Если ты…

— Я не собираюсь возвращаться.

— Ну, тогда и я.

Подул вечерний ветер, он мел мусор через автостоянку и швырял его на Мэгги и Ника.

Ник выгреб из кармана горсть монет. Пересчитал.

— Два фунта шестьдесят семь, — сказал он. — А у тебя?

Она опустила глаза.

— Ничего. Но тебе не нужно оставаться со мной. Ступай. Я сама разберусь.

— Я уже сказал…

— Если она увидит меня с тобой, будет хуже для нас обоих. Ступай домой.

— Не получится. Я останусь. Я уже сказал.

— Нет. Я не хочу, чтобы ты оказался виноватым. Я уже и так… из-за мистера Сейджа… — Она вытерла лицо рукавом пальто. Она устала до ужаса и хотела спать. Она подумала, заперта ли дверь уборной, и подергала ее. Заперта. Она вздохнула. — Уходи, — снова сказала она. — Ты сам знаешь, что будет, если ты не вернешься домой.

Ник подошел к ней. Дверь женской уборной находилась в небольшой нише, дюймов около шести, и они спрятались в ней от ветра.

— Мэг, ты веришь этому?

Она потупилась. Горькая правда тяжелым бременем давила на плечи.

— Думаешь, она убила его, потому что он приехал за тобой? Потому что он твой отец?

— Она никогда не рассказывала мне про отца. Ни единого словечка.

Ник хотел погладить ее по голове, но пальцы запутались в ее волосах.

— Не думаю, что он был твоим отцом, Мэгг.

— Точно, потому что…

— Нет. Слушай — Он шагнул ближе к ней. Обнял. Стал говорить ей в макушку. — У него были карие глаза, Мэг. У твоей мамы тоже. А у тебя голубые.

Это как у овец Папа мне объяснял. Они все белые, верно? Ну, порода такая. Но время от времени рождается черная. Ты не задумывалась почему? Это рецессивный ген, понятно? То есть связанный с наследственностью. У матери и отца такой овцы где-то был черный ген, поэтому родилась черная овца вместо белой, хотя родители сами белые. Однако так случается очень редко. Вот почему большинство овец белые.

— Я не…

— Ты как черная овца, потому что у тебя голубые глаза. Мэг, как ты думаешь, какова вероятность, чтобы у двух кареглазых людей родился ребенок с голубыми глазами?

— Ну?

— Пожалуй, одна миллионная. Может, больше. Может, одна миллиардная.

— Ты так думаешь?"

"— Я знаю. Викарий не был твоим отцом. Значит, твоя мама его не убила. А зачем ей убивать кого-то еще?

В его голосе звучала такая убежденность, а в словах такая логика, что ей захотелось принять его слова, согласиться с ними. Мэгги хотелось ему верить.