Иным путем

Обычай сей пришел в российский высший свет из Англии – благо Россия была страной, которая любила чай не менее, чем Туманный Альбион или далекая Япония. На вечерний чай было принято приглашать в дом гостей, особенно если среди них были интересные собеседники. Это превращало сие мероприятие в одно из самых популярных светских развлечений.

Сегодня вдовствующая императрица Мария Федоровна пригласила к себе на чай невесту своего сына Марию-Масако и журналистку из будущего Ирину Андрееву. Невестку надо было приучать к русским обычаям, а с Ириной Андреевой бывшая датская принцесса Дагмара хотела просто поговорить… Ну, скажем так, обо всем: о будущих модах, об истории России, Дании и Японии, о Божественном откровении и теории Дарвина.

Говоря попросту, Марию Федоровну снедало самое обычное женское любопытство. Ее пытливый ум требовал информации, информации и еще раз информации.

С другой стороны, а с кем ей еще было разговаривать? Сын, который целыми днями был занят государственными делами, не мог посвятить своей матери столько времени, сколько ей бы хотелось. Другие пришельцы из будущего тоже мало подходили для ведения откровенных бесед.

Полковник Антонова, майор Османов и капитан Тамбовцев, например, в силу их специальных госбезопасных занятий, внушали Марии Федоровне некоторое опасение. Правда, Михаил сказал ей по секрету, что половина слухов про ужасы «Новой Голландии» – полная ерунда. А вторую половину люди Тамбовцева распускают про себя сами, чтобы попавшие в их руки злодеи не вздумали запираться, а рассказывали бы следствию все сразу и без утайки.

К тому же Мария Федоровна навела справки и выяснила, что происхождения девица Ирина Андреева вполне достойного, что она дочь полковника, командира десантно-штурмового, а говоря по-нынешнему, гренадерского полка. Сие означало, что девица Андреева происходит из семьи потомственных дворян. Кроме того, уважение внушало и то, что журналистка Андреева занималась не пересказом светских сплетен или новостей моды, освещением боевых действий. Это если не считать довольно редкого в начале XX века для женщин университетского образования."

"Некоторый болезненный интерес у вдовствующей императрицы вызывала и личность нынешнего кавалера Ирины. Сосо Джугашвили человеком был непростым, можно сказать, даже страшным. Но ее сыну зачем-то были нужны и этот дикий кавказский абрек, и его старший товарищ Владимир Ульянов. А посему она должна была понять и принять их. Если не сердцем, то хотя бы разумом.

Ну, и напоследок не стоило забывать о том, что мадемуазель Ирина была среди тех, кто лично слышал Глас Божий.