Иным путем

Вы представляете – сколько горючего материала, сколько сотен тысяч людей, которым просто нечего терять, будет выброшено на улицу? Да господа эсеры, которые мечтают о мужицком бунте, вам памятник при жизни должны поставить!

– Гм, – подал голос император, – а действительно, Петр Аркадьевич, куда девать всех этих обезземеленных крестьян?

– Безземельных крестьян необходимо переселять на пустующие земли, – ответил Столыпин, – в Южную Сибирь, Забайкалье, Дальний Восток, Маньчжурию… Это позволит нам уменьшить напряжение, связанное с нехваткой пахотных земель в центральных и малороссийских губерниях России, и заселить доселе мало заселенные территории на дальних окраинах державы, резко увеличив там количество русского населения.

Ленин смущенно кашлянул.

– Петр Аркадьевич, в ваших словах есть резон, но ведь потребуется переселить десятки и сотни тысяч, а может, и миллионы людей. А это потребует от государства огромных денежных затрат, ведь крестьяне поедут в ту же Сибирь со своими семьями, скарбом и скотом. По первым же прикидкам, ваша программа, будь она реализована в полном объеме, потребует переселения никак не менее двадцати миллионов душ в течение десяти лет. Вдумайтесь в эти цифры и представьте себе двадцать миллионов русских мужиков, баб, ребятишек, и так не видящих света белого, а тут еще им надо переселяться в эту далекую ужасную Сибирь, в которую раньше гоняли только каторжников под конвоем. Видите ли вы себя, Петр Аркадьевич, в роли Моисея, который ведет свой народ к счастью? Готовы ли вы к такой непосильной работе и огромной ответственности? Это вам не сорок лет с еврейскими племенами по пустыне путешествовать, тут задача посложнее будет."

"Император Михаил одобрительно кивнул, а Ильич, сделав паузу, чтобы дать оппоненту время насладиться эффектом – чувствовался адвокатский опыт выступлений в суде – продолжил свою речь.

– В связи со всем вышесказанным, – произнес он, – возникает несколько закономерных вопросов. Первый из них – где взять такие огромные средства в нашем, еще надо сказать, недостаточно богатом государстве? Второй вопрос – сколько из этих средств дойдет до переселяемых крестьян, сколько будет разбазарено и какую часть этих денег попросту разворуют. Ведь каждый начальник за Уралом чувствует себя царем и богом. Ваше величество, если вы не верите мне, то спросите хотя бы у Иосифа Джугашвили, и он не откажется поделиться с вами своим опытом общения с такими начальниками.

– Взяточников и казнокрадов мы будем строго наказывать, – взвился Столыпин, – да так, чтобы другим неповадно было!

Ленин хмыкнул.

– Свежо предание, да верится с трудом. Деньги – это далеко не всё, ведь в тайге их есть не будешь.