Инцел на службе демоницы 3: В аду любят погорячее (СИ)

Под овации зала группа “Миссия” появилась в полном составе — в белоснежных платьицах, коротких настолько, что, если повезет, мой сосед со смартфоном запечатлеет на память их белье.

Марко широко распахнул руки и пошел к ним навстречу, явно намереваясь лично поприветствовать объятиями каждую. Качнув головой, та, что была впереди, выстаивала перед ним руку и прошествовала мимо, показывая свою позицию нагляднее некуда. Мужская половина зала одобряюще загудела. Марко невозмутимо предложил свои объятия второй, которая с усмешкой обогнула его, как дверь, внезапно открывшуюся навстречу. Не сдавшись, он потащил свои объятия к третьей, которая прошагала мимо, будто и не заметив его, а потом обернулась и помахала ручкой на прощание. По залу пронеслась волна хохота. Пожав плечами, Марко послал всем трем по воздушному поцелую и ушел со сцены.

— Правильно, вали уже! — опять заворчал мой сосед. — Пусть уже девчонки развернутся!

Тем временем девушки грациозно продефилировали к микрофонам.

— Всем привет! — крикнула первая.

— Мы — группа “Миссия”! — крикнула вторая.

— И мы хотим, — подхватила третья, — доставить вам…

— Удовольствие! — закончили они на три голоса.

Тут же вдоль сцены взорвалась целая череда ярких фейерверков, наполнив воздух искрами. По залу разнеслась бодрая ритмичная мелодия, и всю толпу мигом затянуло в эти звуки, как ураганом.

То, что творилось на сцене, сложно было описать словами. Эти девчонки словно пытались разом соблазнить весь зал, показав такой максимум секса, на который только способны. Они сжимали и тискали микрофоны, тыкаясь в них губами, ерзали бедрами по стойкам, то ли протирая, то ли увлажняя их своими трусиками. Со стороны казалось, что они трахали микрофоны — причем так горячо, что каждый парень не отказался бы оказаться на месте этих железок.

Сладко выдыхая слова, они не танцевали, а извивались — как чемпионки по стриптизу, которые показывали мастер-класс — не раздеваясь, потому что одежды на них и так практически не было. Короткие подолы то и дело взлетали вверх, и с первого ряда я мог отлично рассмотреть их белоснежное белье — и не только я. Оператор, явно профи и большой их фанат, просто пожирал их тела камерами. В итоге на огромных экранах над сценой зрители, не видевшие ничего из того, что видели первые ряды, могли увидеть гораздо больше.

С каждым новым “не дам” они заводились все сильнее. Их возбуждение передавалось и толпе, кричащей все жарче и пританцовывающей в экстазе. Секс со сцены будто обильно лился в зал, накрывая всех предоргазменными судорогами. Басы, вырывавшиеся из огромных колонок, вводили в странный полутранс, а бит мелодии все больше напоминал фрикции.