Инсургент

 — Они с Питером бежали из Дружелюбия.

— Чего же ты ждала? — спрашивает он, но не резко. Его голос звучит как-то отстраненно.

— Это не та новость, которую следует озвучивать в столовой, — замечаю я.

— Справедливо, — соглашается он.

Лифта мы дожидаемся в тишине.

Тобиас кусает губы, уставившись куда-то в пространство. Он делает это вплоть до восемнадцатого этажа, который оказывается пустым. Здесь меня обволакивает тишина, она успокаивает меня подобно объятиям Калеба. Я сажусь на одну из крайних скамеек в комнате для допросов, Тобиас подтягивает к себе стул и располагается напротив.

— Мне казалось, их было два, — замечает Тобиас, глядя на стул.

— Да… — подтверждаю я. — Я, то есть… в общем, он выпал из окна.

— Странно, — говорит он и садится. — Итак, о чем ты хотела поговорить? Только о Маркусе?

— Нет, не только о нем. С тобой… все в порядке? — спрашиваю я осторожно.

— В моей голове нет пули, не так ли? — замечает он, глядя на свои руки. — Значит, я в порядке. Давай поговорим о чем-то другом.

— О моделировании, — начинаю я. — Но прежде, давай обсудим кое-что другое. Твоя мать думала, что следующим шагом Джанин будет поиск Афракционеров. Судя по всему, она ошибалась, и мне не понятно, почему. Искренние не выглядели готовыми к бою, хотя…

— Хорошо, подумай об этом, — говорит он. — Рассмотрим ситуацию с точки зрения Эрудитов.

Я смотрю на него.

— А что? — произносит он. — Если ты не справишься с этой задачей, то остальные и подавно.

— Ну, хорошо, — отвечаю я. — Нападение на Бесстрашие и Искренность вполне логичны. Афракционеры, в отличие от нас, не сконцентрированы все в одном месте.

— Верно, — поддерживает он. — Кроме того, когда Джанин устроила нападение на Отреченных, она получила доступ к документам. Моя мать рассказывала, что Отреченные фиксировали всех Дивергентов, из чего следует, что именно оттуда Джанин узнала, что среди Афракционеров Дивергентов больше, чем среди Искренних. Потому-то они и не стали следующей целью.

— Все сходится. Теперь снова расскажи мне о сыворотке, — прошу я. — В ней несколько составляющих, верно?

— Две, — говорит он, кивая. — Передатчик и жидкость для моделирования. Передатчик обменивается информацией с мозгом через компьютер и наоборот, а жидкость влияет на мозг, помещая тебя в моделирование.

Я киваю.

— Передатчик можно использовать лишь единожды, ведь так? Что происходит потом?

— Он растворяется, — говорит Тобиас. — Насколько я знаю, Эрудиты еще не разработали передатчик, предназначенный более чем для одного моделирования. Хотя моделирование во время атаки на Бесстрашие длилось намного дольше, чем любое другое из известных мне.

Слова ""насколько я знаю"" застревают у меня в голове. Джанин провела всю свою взрослую жизнь, разрабатывая сыворотку.