Инсургент

Возможно, разочарована, так как ненавижу за его отношение к Тобиасу? Или чувствую облегчение, так как последний лидер Отреченных все еще жив? Реально ли чувствовать одновременно и то, и другое?

— Они с Питером сбежали и вернулись в город, — поясняет Калеб.

От новости, что Питер все еще жив, мне определенно не полегчало.

— Ну, и где он?

— Там, где ты и ожидала, — отвечает Калеб.

— Эрудиты, — говорю я и трясу головой. — Что за… — но не могу подобрать слов. Совершенно очевидно, что мне необходимо расширить свой словарный запас.

Лицо Калеба на секунду искажается, затем он кивает и касается моего плеча.

— Ты голодна? Хочешь, принесу тебе чего-нибудь?

— Да, пожалуйста, — говорю я. — Скоро вернусь, ладно? Мне необходимо поговорить с Тобиасом.

— Хорошо, — Калеб сжимает мою руку и уходит, вероятно, чтобы встать в длинную очередь за едой.

На протяжении нескольких секунд мы с Тобиасом стоим в метре друг от друга.

Он медленно подходит ко мне.

— Ты в порядке? — спрашивает он."

"— Меня стошнит, если придется еще хоть раз отвечать на этот вопрос, — признаюсь я. — В моей голове нет пули, не так ли? Значит, я в порядке.

— Твоя челюсть очень распухла. Ты выглядишь так, будто у тебя за щекой еда. А еще ты только что пырнула Эрика ножом, — хмурясь, напоминает он. — Неужели у меня недостаточно оснований, чтобы спросить, в порядке ли ты?

Я вздыхаю. Мне нужно рассказать ему о Маркусе, но я не хочу делать это здесь, слишком много людей вокруг.

— Да, я в порядке.

Его рука дергается, будто он хотел дотронуться до меня, но передумал. Потом он одумывается и обнимает меня, прижимая к себе.

И вдруг я понимаю, что еще не раз позволю другим рисковать, что буду вести себя, как эгоистка, лишь бы иметь возможность быть рядом с Тобиасом, не причиняя ему боль. Все, чего хочу, это спрятать лицо у него на груди и забыть обо всем на свете.

— Мне жаль, что я так долго к тебе пробирался, — шепчет он в мои волосы.

Вздыхаю и касаюсь его спины кончиками пальцев. Я бы могла стоять так до тех пор, пока не упаду в обморок от истощения, но это, увы, невозможно. Я отступаю и признаюсь:

— Мне нужно поговорить с тобой. Давай, найдем место потише?

Он кивает, и мы уходим из столовой. Один из Бесстрашных, мимо которого мы проходим, кричит:

— О, смотрите! Это Тобиас Итан!

— Я видел твоего папочку, Итан! Ты уже готов спрятаться? — кричит другой.

Тобиас выпрямляется и застывает, будто кто-то не просто издевается, а наставил на него оружие.

— Да, будешь прятаться, трус? — несколько людей начинают смеяться.

Прежде, чем Тобиас успевает среагировать, я хватаю его за руку и веду в сторону лифта. Он выглядел так, будто собирался ударить кого-то, а то и чего похуже.

— Я собиралась рассказать тебе. Он пришел вместе с Калебом, — признаюсь я.