Инсургент

Я возвращаюсь в кровать ранним утром, Тобиас уже проснулся. Он разворачивается и идет к лифтам, я следую за ним, так как знаю, что он этого хочет. Мы стоим в лифте, бок о бок. Я слышу звон в ушах.

Лифт опускается на второй этаж, и меня начинает трясти. Дрожь рождается в ладонях, переходит к рукам и груди, пока маленькие мурашки не проходят через все мое тело, я ничего не могу с этим поделать. Мы стоим между лифтами прямо над другим символом Искренности — неравными весами. Символ, изображенный на середине его спины.

Долгое время он не смотрит на меня — стоит, скрестив руки и опустив голову, до тех пор, пока я не ощущаю, что больше не могу так стоять, пока не чувствую, что вот-вот закричу. Я должна что-нибудь сказать, но не знаю что. Я не могу извиниться, потому что я говорила только правду, я не могу поменять правду на ложь и не готова оправдываться.

— Ты не сказала мне, — замечает он. — Почему?

— Потому что я не… — я трясу головой. — Не знала, как.

Он хмурится.

— Это довольно легко, Трис.

— О да, — говорю я, кивая. — Это так просто. Все, что нужно сделать, это зайти к тебе и сказать: ""Кстати, я застрелила Уилла, и теперь чувство вины разрывает меня на куски, ну, что там с завтраком?"" Так? Так?! — вдруг этого становится слишком много, слишком много, чтобы выдержать. Слезы заполняют мои глаза, и я кричу: — Почему бы тебе не попробовать убить одного из своих лучших друзей, а затем бороться с последствиями?

Я прикрываю лицо руками. Не хочу, чтобы он снова видел меня рыдающей. Он прикасается к моему плечу.

— Трис, — говорит он, на этот раз очень осторожно. — Мне очень жаль. Я не должен делать вид, что понимаю. Я просто имел в виду, что… — некоторое время он собирается с мыслями. — Я хочу, чтобы ты мне доверяла и могла рассказывать вещи, подобные этой.

""Я доверяю тебе"" — хочется сказать, но это неправда — я не готова позволить ему любить меня, вопреки всем ужасным вещам, что я совершила. Я никому этого не позволю, это не его проблема, а моя.

— Я имею в виду, — говорит он. — Например, о том, что ты чуть не утонула в баке с водой, мне пришлось узнать от Калеба. Тебе не кажется, что это немного странно?

Как раз тогда, когда я собиралась извиниться.

С силой вытираю щеки пальцами и смотрю на него.

— Кое-что кажется мне куда более странным, — признаюсь я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Например, узнать, что якобы умершая мать твоего парня все еще жива. Или услышать о его планах присоединиться к Афракционерам, о чем он так же никогда не упоминал.

Он убирает руку с моего плеча.

— Не притворяйся, будто это лишь моя проблема, — прошу я. — Если я не доверяю тебе, значит, и ты мне не доверяешь.

— Мне казалось, что, в конечном счете, мы все равно к этому придем, — говорит он.