Инсургент

 — Ты способна на большее, Джанин!

Все, что я должна сделать сейчас, это проснуться, и я знаю как, я делала это раньше, на моем пейзаже страха, когда сломала стеклянную емкость, просто прикоснувшись к ней, и когда я пожелала получить пистолет, чтобы убить птиц. Я достаю из кармана нож, которого не было еще минуту назад, и мои ноги тверды, как алмаз.

Я направляю острие ножа на свое бедро, и его лезвие изгибается.

Я просыпаюсь со слезами на глазах. Я просыпаюсь от крика разочарования Джанин.

— Да что же это такое?!

Она выхватывает пистолет Питера из его руки, и, пройдя через комнату, прижимает ствол к моему лбу. Мое тело напрягается, мне холодно. Она не будет стрелять в меня. Я — загадка, которую она хочет решить. Она не будет стрелять в меня.

— Что это!? В чем твой секрет?! Скажи мне. Скажи мне, или я убью тебя.

Я медленно встаю со стула, подхожу к ней, еще сильнее прижимая холодную сталь к своей коже.

— Думаешь, я расскажу тебе? — спрашиваю я. — Думаешь, я действительно считаю, что ты убьешь меня, так и не узнав ответ?

— Ты глупая девчонка, — бросает она. — Решила, что дело в тебе и твоем ненормальном мозге? Речь не о тебе. И не обо мне. Речь о защите целого города от тех, кто намерен ввергнуть его в ад!

Я собираю последние силы и бросаюсь на нее, впиваясь ногтями в ее кожу. Она громко кричит, этот звук превращает мою кровь в огонь. Я с трудом ударяю ее в лицо.

Меня хватают, оттягивая от нее, в итоге мне достается чей то кулак. Я издаю стон и делаю выпад в сторону противника, которым оказывается Питер.

— Боль не заставит меня признаться. И сыворотка правды тоже. Даже моделирование не сможет заставить меня признаться. Я застрахована от всех трех.

У нее идет кровь носом, и я вижу царапины на щеках и на горле — из них сочится кровь. Она смотрит на меня, зажимая нос, волосы растрепаны, свободная рука дрожит.

— Ты потерпела неудачу. Ты не можешь контролировать меня! — кричу я до боли в горле. Прерываюсь лишь ради борьбы с захватом Питера. — Ты никогда не сможешь меня контролировать!

Я смеюсь безрадостным, безумным смехом. Я смакую ее мрачный вид, ненависть в ее глазах. Она походила на машину; она была холодна и бесчувственна, подчинена одной только логике. И я сломала ее.

Я ее сломала.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Перевод: Ania Lune

Редактура: Юлия Исаева, allacrimo, Любовь Макарова, Индиль

Оказавшись в коридоре, я перестаю бороться с Джанин. Мой бок пульсирует в том месте, куда пришелся удар Питера, но это ничто по сравнению с чувством триумфа, от которого даже щеки горят."

"Питер молча провожает меня обратно в камеру. Я долго стою посреди комнаты, глядя на видеокамеру в углу.