Инсургент

Проблема в том, что я ещё и та самая девушка, которая выстрелила в Уилла и солгала об этом, которая сделала выбор между Гектором и Марлен, которая совершила тысячи других вещей. Я не в силах стереть свои поступки.

— Вы все будет в порядке.

Я не смотрю на него. Я смотрю на его футболку между моими пальцами и черными чернилами татуировки на шее, но не на его лицо.

— Не в первый раз. Но ты должен двигаться дальше и делать то, что нужно.

Он обнимает меня за талию и притягивает к себе.

— Это ложь, — говорит он, прежде чем целует меня снова.

Это неправильно. Неправильно забыть, кем я стала, и позволить ему целовать меня, когда я знаю, что именно собираюсь сделать.

Но я хочу этого. О, я этого очень хочу.

Встаю на цыпочки и обнимаю его. Кладу одну руку между его лопаток, а другой глажу шею. Я могу чувствовать его дыхание на моей ладони, его грудь поднимается и опадает, и я знаю, что он сильный, устойчивый, его не остановишь. Это все, что мне нужно, чтобы быть той, кем я не являюсь.

Он отступает назад, тянет меня за собой, я спотыкаюсь. Запинаюсь о собственные ботинки. Он сидит на краю кровати, я стою перед ним, и мы, наконец, смотрим друг другу в глаза.

Он трогает мое лицо, касаясь щек руками, скользит пальцами по шее, останавливаясь пальцами у небольшого изгиба.

Я не могу остановиться.

Я нахожу его рот; он на вкус, как вода и свежий воздух. Я провожу рукой от шеи до спины, и скольжу под его рубашку. Он целует меня сильнее.

Я знала, что он сильный, но не осознавала насколько, пока не чувствую, как мышцы на его спине напрягаются под моими пальцами.

Стоп, говорю я себе."

"Мы спешим, кончики его пальцев проникают под мою рубашку, и мои руки хватаются за него, притягивая ближе изо всех сил. Меня ни к кому никогда не тянуло с такой силой.

Он отклоняется назад ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Обещай мне, — шепчет он. — Что не пойдешь. Ради меня.

Могу ли я? Могу ли я остаться здесь, наладить наши с ним отношения, пусть кто-то другой умирает за меня? Глядя на него, я думаю на мгновение, что могу. А потом вижу Уилла. Складку между его бровями. Пустые, связанные моделированием глаза. Падение тела.

«Ради меня» — и мольба в темных глазах Тобиаса.

Но если я не пойду к Эрудитам, то кто тогда? Тобиас? Это кажется тем, на что он вполне мог бы пойти.

Мне больно лгать, но я не могу иначе:

— Хорошо.

— Обещаешь? — спрашивает он, хмурясь.

Боль пульсирует, распространяясь повсюду; все смешалось: чувство вины, страх, тоска.

— Обещаю.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Перевод: Екатерина Забродина, Маренич Екатерина, Инна Константинова, Дольская Алина, Ania Lune

Редактура: Юлия Исаева, allacrimo, Любовь Макарова, Индиль, 4010

Засыпая, он яростно сжимает меня в объятиях, усиливая ощущение, что моя жизнь — тюрьма.