Инсургент

Я нахожу пятый вагон и левой рукой хватаюсь за ручку, подтягиваясь как можно сильнее. Я пытаюсь затащить ноги внутрь, но не получается; они опасно близки к колёсам, я кричу и обдираю коленки об пол, пока затаскиваю себя внутрь.

Тобиас забирается следом за мной и приседает рядом. Я сжимаю колени и скриплю зубами.

— Эй, дай мне посмотреть, — говорит он и задирает мои джинсы над коленкой. Его пальцы оставляют невидимые глазу полоски холода, и я думаю о том, чтобы схватиться за его рубашку и притянуть для поцелуя; хочу прижаться к нему, но не могу, мешают наши с ним секреты.

Моё колено в крови.

— Это мелочь. Заживет быстро, — говорит он.

Я киваю. Боль уже стихает. Он аккуратно расправляет мои джинсы. Я ложусь на спину, глядя в потолок.

— Так он до сих пор в твоём пейзаже страха? — спрашиваю я.

Это выглядит так, будто кто-то зажег спичку позади его глаз.

— Да. Но по-другому.

Он говорил мне однажды, что его пейзаж не менялся с тех пор, как он впервые прошёл через него во время инициации. Но если он изменился, даже чуть-чуть, это уже что-то.

— Теперь там есть ты.

Он морщится, глядя на свои руки.

— Вместо того чтобы застрелить ту женщину, как это было раньше, я должен смотреть, как ты умираешь. И я ничего не могу сделать.

Его руки сжаты. Пытаюсь придумать, что бы такого сказать: «Я не собираюсь умирать»? Но я не знаю, как получится. Мы живём в опасном мире, и я не настолько привязана к жизни, чтобы пойти на всё, что угодно, чтобы выжить. Я не могу переубедить его.

Он смотрит на часы.

— Они будут здесь с минуты на минуту.

Я поднимаюсь и вижу, что Эвелин с Эдвардом стоят возле рельсов. Они бегут до тех пор, пока поезд не подъезжает к ним, и запрыгивают почти так же запросто, как и Тобиас. Должно быть, они тренировались.

Эдвард ухмыляется мне. Сегодня к его повязке пришит большой синий икс."

"— Привет, — говорит Эвелина. Она смотрит только на Тобиаса, когда говорит это, будто меня здесь нет.

— Хорошее место для собрания, — замечает Тобиас. На улице почти кромешная тьма, я вижу лишь тени зданий, темно-синее небо и несколько светящихся огней на берегу озера, которые, должно быть, принадлежат штабу Эрудитов.

Вопреки обыкновению поезд поворачивает налево, подальше от сияния штаба Эрудитов, в сторону заброшенной части города. По нарастающей тишине могу сказать, что поезд замедляется.

— Кажется безопасным, — говорит Эвелина. — Итак, ты хотел встретиться.

— Да. Я хотел бы обсудить союз.

— Союз, — повторяет Эдвард. — Кто дал тебе такое право?

— Он лидер Бесстрашных, — говорю я. — Он имеет полное право.

Эдвард удивленно вскидывает брови. Взгляд Эвелины задерживается на мне буквально на секунду прежде, чем она снова улыбается Тобиасу.

— Интересно, — замечает она. — И она тоже лидер Бесстрашных?

— Нет, — отвечает он.