Инструктор. Законопослушные граждане

Забродов старался не подходить близко к трупу, но чисто машинально стал шарить взглядом по асфальту. Там вполне могли остаться какие-нибудь улики: гильза от пули или, в крайнем случае, пуговица от пиджака или свежий окурок. Однако ничего подобного ни на асфальте, ни на земле не было.

Забродов достал из кармана пачку сигарет, нервно и задумчиво закурил. В голову стали лезть неприятные мысли и догадки. Он не мог избавиться от ощущения, что уже присутствовал при такой же трагической сцене. У Вячеслава Жевновича в Санкт-Петербурге ведь тоже были похожие огнестрелы. Более того, там тоже было произведено два выстрела — один в грудь, а второй в голову. Второй был контрольным.

— Осторожней, гражданин! — вдруг окликнул Забродова майор Баранов. — Не топчитесь возле трупа, там могут быть улики.

Полковник Забродов недоуменно оглянулся и посмотрел на участкового инспектора, который что-то записывал в свой блокнот со слов дворника Ахмета.

— Это вы мне? — удивленно спросил майора Баранова Забродов.

Участковый утвердительно закивал головой:

— Вам, вам, уважаемый. Отойдите быстренько в сторонку и не мешайте следствию.

Как истинный профессионал, Забродов не стал перечить важному стражу порядка. Он спокойно вскинул руку вверх, как бы давая понять, что понял просьбу майора, и, отойдя в сторону, стал задумчиво докуривать свою сигарету.

А мысли были неприятными и, главное, разбегались в разные стороны.

Несомненно, что-то связывало эти два странных убийства.

Илларион Забродов выпустил длинную струю дыма и снова посмотрел на труп Виктора Олифиренко.

И в Питере, и здесь, в Москве, жертвами стали футболисты. Но главное, прослеживался один и тот же почерк. Непонятен был только мотив.

Илларион Константинович отошел к урне и, выбросив окурок, закурил новую сигарету.

В это время прибыла группа следователей из МУРа и подъехала машина скорой помощи.

* * *Двое мужчин молча сидели за столом на кухне и выпивали, при этом они не закусывали, а только много и задумчиво курили. Небольшая кухня Говоркова погрузилась в табачный дым. Хозяин был молчалив и подавлен. Не лучше выглядел и его седовласый сосед Забродов.

— Открою окно, — затушив сигарету в пепельнице, проговорил полковник Забродов.

Говорков лишь пожал плечами.

Не получив ответа от хозяина квартиры, Забродов встал со стула, подошел к окну и открыл его настежь.

Ворвавшийся на кухню осенний ветер очень быстро рассеял табачный дым. Полковник Забродов немного постоял возле распахнутого окна, потом закрыл его, оставив раскрытой лишь форточку. Вернувшись за стол, он взял бутылку водки и разлил содержимое по стаканам.

— Давай, Петрович, выпьем, — предложил он Говоркову.