Инструктор спецназа ГРУ

Надо было сказать."

"Зато блузка была тонкая и почти не мешала. Губы — как он помнил: пухлые и мягкие, красивые даже без помады. Нижнюю он прокусил — а почему бы и нет? Какая разница, будет у трупа со свернутой шеей прокушена губа или не будет? Тут как со сроками заключения: меньшее поглощается большим.

Ее горло лежало в ладони так, словно для этого и было создано. Волосы были густые и тяжелые, ни один волосок не вырвался, когда он запустил пятерню в эту гриву и сильно дернул, отрывая ее от двери.

Он швырнул ее на кушетку и шагнул вперед. Все было так, как в его мечтах, только вместо халата на ней оказались джинсы, а вместо помады по подбородку текла кровь из прокушенной губы. Не стоит расстраиваться из-за губы, хотел сказать он. Прежде, чем мы закончим, кровь потечет не только оттуда.

Он услышал надоедливую трель дверного звонка и решил не реагировать позвонят и успокоятся. В конце концов, мой дом — моя крепость, не так ли? Но звонивший не унимался. Он начал бить в дверь ногами — не беспорядочно барабанить, а целенаправленно и очень сильно лупить по двери около замка. После второго удара косяк захрустел и дал трещину.

Виктор понял, что кто-то всерьез вознамерился ему помешать. Это было уже чересчур.

Он открыл холодильник и выхватил оттуда наган. Большим пальцем взвел курок и, когда после очередного удара дверь распахнулась настежь, выстрелил в возникшую на пороге фигуру в пятнистом костюме.

Илларион не догнал светловолосую девушку в подъезде. Он вызвал лифт и, пока тот мучительно медленно тащился откуда-то сверху — скорее всего, с седьмого этажа, — вдруг вспомнил фамилию девицы, а точнее, ее мужа. Мещеряков сказал, что один из убитых — его сосед по фамилии Климов. Значит, и она Климова.

Интересно, думал Илларион, стоя в медленно поднимающемся лифте, а как ее зовут? И что ей здесь понадобилось? Уж не сообщники ли они? Впрочем, убрать мужа ценой жизни трехлетней дочери… Если бы в семье были нелады такого масштаба, то уж кто-кто а Вера Гавриловна была бы полностью в курсе и не преминула бы изложить историю во всех подробностях. Тогда как это все понять? Неужели эта девчонка что-то разнюхала самостоятельно и теперь хочет снять с Быкова скальп?

В добрый час, подумал он, вынимая из-за пояса револьвер и подходя к двери сорок третьей квартиры. Препятствовать не буду.

Он позвонил и, выждав какое-то время, коротко и мощно ударил ногой по замку. Дверь содрогнулась, но устояла.

— При Хрущеве делали, — с уважением сказал Илларион и ударил еще раз. В двери что-то хрустнуло, и она немного подалась.

— Ага, — сказал Илларион. — Довольно, витязь, вразумила меня твоей десницы сила. Это, государи мои, Пушкин Александр Сергеевич. Жил когда-то на Руси такой талантливый мулат.