Институт

Там указано, в котором часу вам звонили. Обзванивать клиентов после восьми вечера – да-да, вы для них клиент – противозаконно.

Он сделал вид, что уронил ведро, и снова начал наполнять его льдом – еще медленней, чем прежде. Морин глядела на него с потрясением и зарождающейся надеждой, но Люк ничего не замечал. Он был занят проблемой – мысленно распутывал нити и смотрел, откуда они выходят. Чтобы там их и перерезать.

– Вам нужен адвокат. Даже не думайте звонить в сомнительные конторы, которые по кабельному рекламируют. Они с вас сдерут все, что смогут, а потом обанкротят. На своей кредитной истории тогда можете ставить крест. Лучше найти нормального вермонтского адвоката, который специализируется на кредитных задолженностях, знает Закон о добросовестной практике взимания долгов и ненавидит этих кровопийц. Я еще пороюсь в Интернете, подыщу вам кого-нибудь.

– А ты разве можешь?

– Наверняка. – Если бы его спалили, то уже давно изъяли бы компьютер. – Адвокат должен узнать, какие именно коллекторские агентства вами занимаются – кто вас запугивает среди ночи. Банки обычно не горят желанием выдавать такую информацию, но, пока Закон о добросовестной практике не отменили (а в Вашингтоне есть очень влиятельные люди, которые пытаются это провернуть), хороший адвокат сможет вытащить из них эти сведения. Те, кто вам звонит, нарушают закон. Это жулики и негодяи из «котельных»[23].

И тут такие же негодяи работают, подумал Люк.

– Что за котельные…

– Не важно. – Их разговор слишком затянулся. – Хороший кредитный юрист начнет ходить по банкам с сообщениями на вашем автоответчике и говорить, что у них только два варианта: либо они спишут задолженность, либо вы их засудите за недобросовестное ведение бизнеса. Банки очень не любят судиться. Не дай бог общественность узнает, кто за них делает грязную работу – ребятки вроде тех верзил-костоломов из фильмов Скорсезе.

– То есть мне даже платить не придется? – ошарашенно спросила Морин.

Люк посмотрел прямо в ее усталое, слишком бледное лицо.

– Это ваш долг?

Она помотала головой.

– Но это огромные деньги! Он обставил новую квартиру в Олбани, покупал туда стереосистемы, компьютеры, плоские телевизоры, еще у него есть любовница, которой он делает подарки, а сам он любит казино… И так уже много лет. Я, глупая и наивная, только недавно опомнилась, когда было уже поздно.

– Еще не поздно, поймите…

– Привет, Люк!

Он вздрогнул, обернулся и увидел Авери Диксона.

– О, здоро́во! Как батут?

– Сначала понравился. Потом надоел. Представляешь, мне сделали укол, а я даже не плакал.

– Молодец!

– Хочешь, посмотрим вместе телик в комнате отдыха? Айрис говорит, там есть «Никелодеон». «Губка Боб», «Расти-механик», «Мой шумный дом»…

– Не сейчас, – ответил Люк.