Моя мачеха – иномирянка (СИ)

– Это я ему предложила, – глядя через отражение мне в глаза, призналась женщина. – И ни капли не жалею о своём решении. Я обретала не только дом, а нечто гораздо большее. Давно забытую мечту.

– Ты любила его ещё до его женитьбы на твоей подруге? – догадалась я.

Она изменилась в лице и часто-часто заморгала, будто я затронула нечто очень болезненное в её душе.

– Прости. Я не хотела сделать тебе больно.

Но Молари сдержала рыдания и, глубоко вдохнув, процедила:

– Знаете, почему я не в силах ненавидеть вас? Дело не в том, что вы истинная пара моего любимого мужчины. Это лишь повод отступить и перестать бороться.

Она замолчала, словно собиралась с силами, и я не торопила. В эту секунду мы будто стали ближе. Не подругами – вряд ли это возможно, – но женщинами, которые друг друга уважают.

– Вы сильнее меня, – словно боясь передумать, выпалила Молари. – Не боитесь говорить, что думаете. Делаете то, что считаете правильным, и никогда не отступаете. Я восхищаюсь вами, сейра Стенси. Уверена, будь вы на моём месте, не опустились бы… так низко.

На меня вдруг накатили воспоминания самого страшного года в моей жизни. Да, в то время я тоже получала недвусмысленные предложения, чтобы «облегчить» свою участь. И ступи я на золотую дорожку, под которой таится гибельная трясина, кто знает, где бы оказалась сейчас.

Подумалось, что судьбы наши чем-то схожи. Мы потеряли всё, оказавшись на дне. Есть и различия. Молари любимый спас, а меня мой муж погубил.

Судьба даёт нам испытания, но выбор, сломаться от удара или нет, остаётся за человеком.

Честно признаться, Молари удалось меня напугать, и к гостям я выходила как на бой. Сжавшаяся, будто пружина, готовая к тому, что на меня сходу набросится орава несчастных девиц, готовых выдрать моё ещё бьющееся сердце и тут же угоститься вампирским десертом.

Хвала всеми любимому Кразю, ничего подобного не случилось.

Но, глядя в глаза девиц с модельными улыбками, я видела их истинные желания. Ощущала едва ли не загривком ненависть, которую они изливали на меня изощрёнными проклятиями. Решила не приближаться ни к одной ближе, чем на два шага, и не принимать из рук в руки подарки.

– Соэр Галлаг с женой и дочерью! – возвестил высокий худощавый мужчина в золотистой ливрее и, поклонившись, торопливо отошёл в сторонку.

Я втянула воздух в лёгкие и замерла, глядя на бледную тень, в которую превратилась девушка. Её безжизненный взгляд был похож на кукольный, а на худом лице я не заметила ни капли макияжа.

Я бы не узнала невесту, которая убежала со свадьбы в слезах, если бы не два «но». Объявление их слуги и платье, в котором Лонси была в нашу первую встречу.

Сейчас оно выглядело помятым, кружева были потёртыми, блеск вышивки казался дешёвым.