Моя мачеха – иномирянка (СИ)

 – В центре… То есть мне приходилось помогать организовывать банкеты, куда собирались все самые известные меценаты… То есть влиятельные соэры.

– А их жёны? – не отступала она. – И дочери, которые мечтали быть на вашем месте?

– Признаюсь, такого не случалось, – хмыкнула я, представив на месте рядового массажиста одну из надменных девиц с раздутыми губами, грудью и самомнением. И нахмурилась. – Приедет сейра Лонси?

– Она и ещё десяток-другой красавиц, мечтающих съесть на ужин ваше прожаренное сердце, – хищно усмехнулась Молари. – Но в одном вы правы. Лонси стоит опасаться больше других. Знали бы вы, сколько усилий приложил её батюшка, чтобы король выбрал именно эту девушку в жёны соэру Кендану.

– Я думала, это праздничный бал, а не сбор всех окрестных гадюк, – тихо проворчала я.

Но Молари расслышала. И серьёзно кивнула.

– Именно так. Каждая мечтает посмотреть на истинную пару потомка Древнейших. И лично выцарапать ей глаза. Поэтому Кендан и приставил к вам Рэнда. Ой, извините!

Она присела в реверансе и опустила глаза.

Я полюбовалась своим отражением и похвалила:

– У тебя волшебные руки. И сама ты всегда хорошо выглядишь. Только раз, пытаясь скрыть синяки под глазами и бледность, нанесла слишком много макияжа. Где ты этому научилась?

«Учитывая, что в этом мире нет сотни палеток и удобной формы туши».

Молари выпрямилась и неторопливо разложила на столике баночки, кисточки и пудреницы. Рассматривая моё лицо, женщина спокойно поделилась:

– Мне пришлось зарабатывать на жизнь. В одночасье я лишилась дома и материальной поддержки, а умела лишь это. Вначале мне повезло. Меня приняла на работу одинокая сейра, но она быстро угасла от болезни. Позже я случайно встретила соэра Кендана, и он узнал меня…

– Узнал? – удивилась я.

– О, поверьте, это было непросто. – Она горько дёрнула уголком рта. – К тому времени я совсем пала. Ради пропитания приходилось поступаться гордостью. Прошу простить, я не хочу открывать подробности. Но выглядела я действительно ужасно!

– Я не о том, – растерянно прошептала я, не предполагавшая, какой непростой окажется судьба этой женщины. – Кендан знал вас до этого?

– Конечно. – Сделав мазок, Молари отстранилась, чтобы оценить своё творение. Губы её изогнулись в улыбке. – Мама Амелоты была моей близкой подругой.

Она колдовала над моим макияжем, а я переваривала новость. Получается, Кендан вытащил её с улиц? Дал защиту и кров, но потребовал за это…

– Нет, – сухо сказала Молари.

– Что «нет»? – моргнула я.

– Вы решили, что тогда ваш супруг воспользовался моим положением, – рассудительно сообщила она и взмахнула кистью в последний раз. Отложив её, повернула меня к зеркалу. – Готово.

Я ахнула, разглядывая шедевр, который создала Мол на моём лице.