Московский инквизитор

 — Кто бы и какое подозрение у нас ни вызвал, мы даже не сможем проверить его алиби на момент совершения преступления, потому что о самом этом моменте ни малейшего представления не имеем.

— А теперь послушайте меня, — сказал Гуров, когда они выдохлись. — Потерпевшие — не местные. Откуда и когда они сюда приехали, неизвестно, но они, я настаиваю, жили где-то не очень далеко от этого дачного кооператива. Ну кто рискнет везти двух избитых до полусмерти людей? А если ГАИ тормознет? Причем без всякой причины, а просто чтобы денег заработать?

— Тогда они могли быть еще неизбитые, — возразил Крячко. — Я вообще не понимаю, зачем потребовалось их в эту яму сбрасывать? Их за что-то или почему-то избили до полусмерти, а потом? Ну зачем было рисковать, тащиться в этот дачный поселок, где их все-таки мог бы заметить сторож или собаки почуять, взламывать замки?

— Действительно, не проще ли было застрелить, зарезать, удушить, а трупы выбросить в лесу, благо он здесь вдоль дороги по обе стороны идет. За зиму лисы обглодали бы так, что только косточки белели бы. «Подснежников» в Подмосковье по весне больше, чем настоящих цветов. Ну, было бы еще два, — поддержал его Фомин.

— Меня сразу насторожило то, что с ними именно так обошлись, — сказал Лев.

— Почему? — в один голос спросили Фомин и Косарев.

— Так это же на поверхности лежит, — без всякого превосходства или торжества, а довольно устало ответил Гуров. — Это было не убийство, это была казнь. Или месть.

— То есть с ними поступили так же, как они с кем-то? — предположил Стас."

"— Да! Но, пока мы не установим их личности и не выясним, что они сами натворили, нам преступников не найти. Вы думаете, я от нечего делать предложил участковым раскрыть их самый давний «висяк»? — усмехнулся Лев — Нет! Там, где были эти двое, обязательно что-то произошло! То, что их никто по фотографиям не узнал, меня не смущает: во-первых, слишком много лет прошло, во-вторых, на них тогда просто могли не подумать и в розыск не подавать, в-третьих, участковый мог прийти новый, который их не знал. Да и реконструкция лица по черепу не всегда будет соответствовать настоящей внешности. Все очень просто.

— Да-а-а, Лев Иванович! — переглянувшись с Фоминым, покачал головой Косарев. — Теперь понятно, почему вас вся Россия знает. Нам-то такое и в голову не пришло. Ну, тогда потерпевшие действительно жили где-то неподалеку. Но если они были в чем-то виноваты и их захватили, а они знали, что их ждет, тут хоть под пятью пистолетами их держи, но на трассе они обязательно постарались бы привлечь к себе внимание. Например, ручник бы рванули, когда мимо поста ГАИ проезжали, или еще что-нибудь сделали.