Московский инквизитор

Майор загрузил их, открыл, и все трое увидели мужчину с несколько крысиной внешностью и довольно молодую смазливую блондинку. Стас с облегчением шумно вздохнул:

— Слава богу! Наконец-то дело с мертвой точки сдвинется! — И приказал: — Распечатывай!

— Принтер сломан, — виновато ответил майор.

— Сейчас я начну разносить это управление вдребезги и пополам, — угрожающе произнес Стас.

А вот Гуров, доставая флешку, спокойно поинтересовался:

— Где есть работающий принтер?

— В канцелярии, — с готовностью заверил его Андрей Федорович.

Лев сбросил файлы на флешку, и они пошли туда. Огромный струйный принтер в канцелярии действительно работал, но явно помнил еще динозавров, потому что изображение получилось таким, что Крячко чуть не заплакал от жалости:

— Господи! Как же вы здесь работаете?

— Как можем, так и работаем, — не выдержав, огрызнулся Косарев, с интересом рассматривая распечатки. — Это же надо, как быстро все сделали, — удивился он. — А я думал…

— Что, как во времена основоположника Герасимова, вручную? — язвительно поинтересовался Стас, за что тут же получил от Гурова подзатыльник и, со страдальческим видом потирая голову, со знанием дела, хотя и не разбирался в этом совершенно, пояснил: — Программа такая специальная есть.

— Нам пока для работы и этого хватит, — заявил Лев. — Но вот чтобы ваш принтер, майор, к утру починили! Как хотите, так это и делайте! — рявкнул он и, забрав распечатки, вышел в коридор.

С фотографиями дело пошло, как выразился Крячко, шибче — тут уж они могли смело откладывать в сторону всех, кто не подходил под изображение, и в результате не осталось ни одной.

— Опаньки! — хлопнул ладонью по столу Стас. — Получается, что они не местные. Ну и откуда они могли здесь взяться?

— Подожди! — отмахнулся Гуров. — Во-первых, еще не все заявления привезли, во-вторых, не исключен тот вариант, что они жили обособленно и заявление просто никто не подавал.

— Кстати, они могли быть приезжими и просто здесь дом снимать, так что портреты их надо по всей России отправлять, а уж по Москве — особенно. Она сейчас в настоящий проходной двор превратилась.

— Знаешь что, — подумав, сказал Лев. — А не будем мы ждать, когда остальные заявления привезут. Пусть Косарев на завтра участковых собирает! Объясним мы им что к чему, раздадим фотографии — глядишь, кто-нибудь что-то и вспомнит.

— Времени-то сколько прошло, — возразил Крячко. — Даже если их зимой 2006-го убили, то это восемь лет, а если раньше?"

"— Ну, если сами не вспомнят, так пусть у населения расспросят — в деревнях и небольших городах каждый новый человек интерес вызывает, незамеченным не останется.