Индульгенция 1. Без права выбора

— Тем лучше. Тогда пошли обратно, вниз. Нам надо в другое крыло дома. И давай поторопимся — мне что-то совсем не нравится эта тишина.

— Дело не в этом. Будто напряжение какое-то в воздухе разлито. Не знаю. Не могу объяснить.

— Ничего такого не ощущаю. Впрочем, тебе видней. Пошли тогда, чего время тянуть.

Опять лифт — пустой коридор, неприметная дверь, перед которой стоят двое гвардейцев. Этих я знал — личная охрана отца в ранге бояр. Слабенькие, но этого хватит, чтобы порвать на лоскуты любого, кто сунется. Да и отец тоже был боярином — вот только сильным. Очень сильным. Не удивлюсь, если он вплотную приблизился к воеводе.

Тут вариант такой, что вариантов нет. Навку они почуют. Пусть и ничего сделать ей не смогут — а может, как раз и смогут, — но почуют точно. Похоже, придется рисковать и явить себя народу. Попытался вспомнить то, что знал про них, и понял, что ни хрена не знаю.

Они бывают только с отцом, это его личная опора. Преданные на сто процентов. Где живут вне службы, есть ли семьи — информации нет. Ладно. Насчет них я хотя бы могу быть уверенным, что с мачехой и её компанией они никак не связаны. Ну, и эти просто так шуметь…

— Явился, — на мое плечо легла рука, и я от неожиданности чуть подпрыгнул.

За моей спиной стоял Орк с каменным выражением лица.

— Ты пропустил две тренировки.

— А ничего, что меня похитили?

— Это недостаточная причина для прогулов.

— Да? Очень интересно. Я смотрю, ты не удивлен известию о моём похищении? А может, ты принимал самое непосредственное участие в этом?

— Я бы тебя не похищал, а просто убил. К чему сложности? Но только если бы князь приказал. А так, что есть ты, что тебя нет — мне плевать.

— Как же здорово, когда тебя встречают дома любящие слуги, — мой сарказм можно было на хлеб намазывать.

— Не путай ничего, мальчик. Я не твой слуга, а учитель, пока твой отец не скажет иное. Пошли. Не будем терять время.

— Отвали. Мне надо встретиться с отцом.

— Потом. Тренировка важней.

Этот идиот реально ни хрена не понимает или только делает вид? Однако это не помешало ему схватить меня за обожженную руку и начать тянуть.

— Навка, он мне надоел. Выруби его на хрен. Да так, чтобы потом у него голова неделю болела.

— Что? — только и успел тот моргнуть глазами, как рухнул на пол от сильного удара.

Охрана отца, услышав посторонний звук, напряглась. Вот чую, сейчас зарядят магией! Я быстро выглянул из-за угла. Нет, стоят — тупоголовые. Без приказа и с места не сдвинутся.

Так, расправил плечи, натянул уверенную морду на лицо. Легкая брезгливость, как и подобает наследнику рода Раздоровых, и… Полувоенным шагом уверенного в себе человека я отправился туда, где они стояли. Тем более, пусть и поздно, но сообразил, раз они тут, значит, и отец тоже.