Индульгенция 1. Без права выбора

Однако маги врага, уже пришли в себя. Один из них, высокий и худой, с лицом, покрытым шрамами, поднял руки, произнеся: «Цепь Молний Вечности».

Электрические разряды, синие и зловещие, пронеслись по полю, сшибая камни и выжигая землю. Я едва успел среагировать, бросив Вуаль Защиты, но удар был слишком силён. Щит слетел, и молнии ударили меня в грудь. Я упал на колени, чувствуя, как электричество прожигает нервы, как тело сводит судорога.

— Ты силён, мальчишка, — прошипел маг, приближаясь. — Но ты один.

Он был прав. Я был один. Отец погиб или при смерти. Охраны нет. Вокруг — лишь враги. Но в этот момент я вспомнил слова отца: «Теперь ты».

Я встал. Медленно, с трудом, но встал. Внутри меня бушевал огонь, и я знал, что это не просто магия. Это была его воля, его сила, его вера. Сейчас тут рождался новый Я. Мои каналы пылали, источник бушевал, растворяя прежние оковы, тело наливалось силой. Через смерть к величию — вспомнились мне слова нашего девиза. Девиза рода Раздоровых.

— Пламя Вечности! — я выкрикнул, и огонь вырвался из моих рук. Но это было не просто пламя. Это был огонь, который горел в отце, огонь, который он передал мне. Он был живым, разумным, яростным. Он обрушился на магов, сжигая их заклинания, их защиту, их тела.

Тень в плаще закричала, пытаясь отступить, но пламя настигло и её. Её пустота под капюшоном заполнилась светом, и она исчезла, словно её никогда не было.

Маги падали один за другим, их крики сливались в один протяжный вой. Но я не останавливался. Я не мог остановиться. Огонь требовал жертв, и я отдавал их ему….

Когда всё закончилось, я стоял среди пепла и руин. Тело горело, разум был пуст. Я чувствовал, как пламя внутри меня угасает, оставляя лишь холод и пустоту.

— Отец… — я прошептал снова, но ответа не было. Лишь ветер, несущий пепел, да звёзды, холодные и далёкие, смотрели на меня с неба.

Я упал на колени, чувствуя, как слёзы катятся по щекам. Но это были не слёзы слабости. Это были слёзы прощания.

— Я сделаю это, — я пообещал тишине. — Я отомщу так, что небеса заплачут….

— Ну ты дал!.. — услышал я голос. Мои глаза залитые кровью и слезами — ну да, я расклеился, простите, — с трудом различили с трудом шевелящееся тело.

— А?.. — только и смог прохрипеть я, не веря увиденному. Отец, кряхтя как столетний дед, снова пошевелился и с трудом сел.

— Чего? — посмотрел он на меня. — Думал, сдох? Хер дождутся! Нас, Раздоровых, так просто не убить.

Он полез в карман, поморщившись, достал телефон, залитый кровью. Тыкнул в экран, после чего брезгливо отшвырнул его в сторону.

— Сейчас гвардия приедет, можно отдохнуть.

Ну, мы и отдохнули — дорога по причине глубокой ночи была пустынна. И хотя мы знатно грохотали на всю округу, желающих посмотреть на буйство сражающихся магов не нашлось.