Индульгенция 4. Без права на сомнения

— Ага, прям в яблочко попал, особенно насчет любви и коварства, — хмыкнул отец. — Сам-то встанешь или помощь нужна?

— Сам, все сам. Дайте мне минут двадцать, и я буду готов к употреблению. Правда, перед этим кого-то употребив.

Народ потянулся к двери. Снежана, выходя последней, чуть задержалась, кинула на меня нечитаемый взгляд, полный сомнения, но все же вышла, плотно закрыв за собой дверь.

Рефлексировать или что-то пытаться вспоминать я не стал — шустро вскочил, чуть пошатнулся, но тело сразу обрело равновесие, и пошлепал в душ. Горячие, на грани кипятка струи воды смыли с меня прошедшую неделю."

"Заглянул внутрь себя — все в норме, никаких отклонений. Жив, вроде как здоров — можно работать.

Хм, неделю, значит, провалялся — жесть! Значит, посвящение в студенты я не прошел — да и похер. Не думаю, что это помешает учебе.

Я вытерся мягким полотенцем, переоделся в чистую домашнюю одежду, посмотрел в ростовое зеркало — м-да, а вот видок у меня еще тот. Темные круги под глазами, схуднувшее тело. Хотя, кажется, я стал немного выше. Это радует. Посмотрел вниз — нет, длиннее не стал. Но зато не потерял прежний размер, что тоже отлично.

Все, морда дышит здоровьем и бодростью, мимо Лиза несется с ведром. Хорошо, не пустым. Я пропустил служанку и пошел дальше. Нос, работающий не хуже собачьего, сразу уловил среди тысяч запахов нужные, и дальше я двигался на автопилоте. Все мысли, кроме желания горячего куска мяса, испарились. Дальше было как в тумане — я ел, кажется, даже рычал, жалея, что у меня всего две руки, способные запихнуть в рот пищу, а не четыре.

Но любая радость рано или поздно заканчивается, и вот я уже с явно выпирающим животом, похожим на седьмой месяц беременности, блаженно откидываюсь на стуле, вытирая губы и руки салфеткой.

— Сколько лет живу, но такого никогда не видела! Думала, лопнешь, — Снежана была в явном шоке от моего здорового аппетита.

— Поголодай с неделю и будешь способна и не на такое, — отозвался я, сыто отдуваясь.

— Готов услышать последние новости? — отец был собран, деловит и очень доволен. С чего бы это? Впрочем, сейчас узнаю.

— Жги, — киваю я, настраиваясь на интересную историю и, главное, судя довольным физиономиям, с хорошим финалом….

Неделю назад

— Н-н-на! — раздался вопль, и на Светлану обрушился Молот Нифльхейма — родовой дар Годуновых и их страшное оружие.

Щиты светлой принцессы разлетелись вдребезги, а ее саму подкинуло метров на пять и отшвырнуло в толпу студентов. Повезло ей в том, что Кристина торопилась и не зарядила молот на максимум. Иначе ее бы просто разорвало.

Тем временем, стоя позади Видара, Дима крепко прижимал к шее несостоявшегося убийцы нож из черного обсидиана, который мало того, что игнорировал щит, так еще и соприкасаясь с кожей, вызывал легкий паралич всего тела.