Индульгенция 3. Без права на смерть

— Это еще почему? Не замечала за ним особой гуманности.

— Потому что убивать всех братьев своей потенциальной жены — не самая хорошая идея.

— В смысле, всех?!!!

— Ну, раз ты ничего пока не знаешь, так и оставайся в неведении. Прости, это не моя тайна — тут все на государственном уровне решается, волей императоров.

— Ничего не понимаю.

— Забей, — это уже вмешался я. — Гиви прав. Пусть живет — пока. Думаю, в течении пары дней все станет ясно.

— Вы меня совсем запутали.

— А значит, надо выпить, для ясности ума!!! — нелогично заорал друг. — Мы трезвые, а значит, праздник не задался. Наливай, Видар, и пусть небо содрогнется…

* * *— Сдохнуть. Хочу сдохнуть… — прохрипел я, с трудом открыв глаза.

— Попить, а потом можно и сдохнуть, — вторил мне голос.

Вялая попытка шевельнуть рукой, чтобы понять, кто это рядом со мной лежит, не привела ни к чему — рука шевелиться категорически отказывалась. Затекла наверное.

Так, правая вроде свободна, и на ней родовой перстень, в котором точно есть вода. Пытаюсь сконцентрироваться на нем, чтобы достать. С первого раза не получается, со второго тоже. Зато с третьего — вот она… Зар-раза! Бутылка появилась, дразня желанным содержимым, но выскользнула из ослабевших пальцев, покатилась по кровати и, судя по звуку, упала на пол.

— Хреновая попытка. Давай еще, -прохрипел тот же голос.

Я собрался, волю в кулак, прикрыть глаза, потому как все вертелось и отчаянно тошнило. Цап, бутылка зажата в руке. Осторожно, чтобы не упустить, тащу ее в пасть. Она закрыта, но зубы в помощь.

Секунда, и вот уже живительная влага полилась в рот, и я чуть не подавился крышкой, которую забыл выплюнуть. Зато мир сразу заиграл новыми красками, и желание помереть куда-то испарилось.

Потом я почувствовал движение — по мне кто-то полз. Бутылка из моей руки перекочевала в чужую, и послышались судорожные глотки.

Но мне было мало, поэтому появилась еще одна. Половину мне, половину собрату по несчастью. Правда, собрат вдруг оказался скорей сестрой — это я точно почуял, когда голые сиськи прижались к моей, опять же голой груди. А вот теперь уже интересно.

Открываю глаза, надеясь, что карусель прошла — рядом Танька. Лохматая, отекшая, лежит, сопит и тяжело дышит.

— Напомни мне в следующий раз больше трех бутылок вина Гиви не пить, — ее голос все меньше походил на скрип несмазанного колеса.

— Так ты его с водкой мешала, потому так плохо. Но вот почему так плохо мне?

— Потому что ты тоже… мешал.

— А, точно! — голову прострелило воспоминаниями. — Типа, мы новый коктейль «Мертвое утро» создали.

— Ага. Кажется, получилось. Такой дохлой я себя очень давно не чувствовала.

Силы стремительно возвращались, регенерация заработала, настроение стало подниматься.